Тянуло что-то сказать. Поделиться впечатлениями от увиденного вокруг великолепия, сравнимого с божественной резиденцией, или похвалить красоты Альвэналэн, потому что определённо есть за что. Но вспоминалась мне одна жизненна мудрость, которая гласит, что не нужно ничего просить у людей выше вас социальным статусом, сами дадут. Нам, может, и не дадут ничего, но так как нас уже позвали, определённо спросят.
Вот мы и ждали. Слегка натянуто улыбались, смотрели по сторонам, порой выдерживали пристальный взгляд, но не пытались его держать. Ангелина так вообще играла в домни при муже, стараясь никак не выделяться, что, конечно, было трудно сделать. Лина, она… такая.
Мы же не просто отдохнули, мы привели себя в порядок и переоделись в одежду альвов. Мне досталось довольно широкое мужское платье на манер эллинов, какой-то вариант хитона. На мне он смотрелся… не знаю, даже, но супруге понравилось. Сказала, что мускулистая грудь и плечи очень привлекательно смотрятся.
Ангелина же была в аналогичном платье молочного оттенка. Стройная талия подчеркивалась широким вышитым поясом, выше грудь наглядно демонстрировала себя в большом округлом вырезе. Альвы обычно так не носят: либо закрыто, либо практически открыто, значит делалось это непосредственно под фигуры человеческой женщины, возможно даже конкретно Лины. В любом случае, смотрелось убийственно. И внешними данными она пользовалась на полную, в этом мы уже давно сошлись во мнении: не спрячешь — задействуй.
Супруга в итоге и победила.
— Вы заметили слегка изменённый крой вашего платья, — хозяин усадьбы обратился к моей супруге в утвердительной форме, не размениваясь на предположения, — Он оказался удачным, я же — прав. Вы слышали обо мне, я о вас, но приличия надо соблюсти.
Мужчина встал, покачивая двумя прядями светлых волос на висках, остальная причёска представляла собой низкий хвост. Как встал, слегка согнулся в поклоне. Не в таком вычурном, как использовался при встрече делегации Алимэитэ, но всё же очень, очень выверенном.
Нам тоже пришлось встать.
— Мэлиор Ва эла Кинэ, — он представился.
— Моя супруга, Ангелина эла Старза, — первой представил жену, затем себя, — Мирослав эла Старза.
Мы решили, что выполнять поклон в местной манере, стоит только мне. Я изобразил куда более глубоко почтенный вариант, а Лина присела на манер домни Роматии. Не возбраняется подобное, как оказалось, было принято без выражения недовольства.
— Присядем, — пригласил нас вернуться на свои места Мэлиор, — угощайтесь.
Нам принесли местный заваренный напиток, увы, не помнил его названия, а просвещать нас никто не взялся. Слуга был человеком, мужчиной, совершенно бесстрастным. Выделялся только светлотой своих волос, возможно, искусственно выбеленных, и приятными чертами лица.
Напиток был приятный, бодрил и немного покалывал язык.
— Получил донесения о вашем прибытии. Вспомнил, что слышал о цели визита. А вы так удачно проходите через мои земли. Есть у меня дело как раз по твоим силам, Мирослав.
Он посмотрел на меня с вопросом, но я решил не отвечать. Сам пока не знаю, как мне относится к такому навязанному визиту, потому пока буду нейтрален.
— Разумное поведение. Ещё разумнее будет тебе самому увидеть. Тебя проводят. Ангелина не успеет заскучать.
Теперь я внимательно посмотрел мужчине в глаза, желая вызвать у него эмоции. И показать, конечно, что я беспокоюсь о жене. Мне было всё равно, воспримет ли он это агрессией или нет, самое время до прибытия к серьёзным фигурам прощупывать рамки.
— Вам ничего не угрожает в моих землях.
Этих слов было достаточно, если я правильно информирован об альвах. Кивнул, встал и двинулся за слугой. Опять мужчина, опять светловолосый. Ангелина сразу же начала тренироваться в той форме параллельного диалогу пересказа, только уже в мою сторону и без необходимости менять язык общения. Решила держать меня в курсе, пока я не был сам чем-то занят, кроме прохождения длинных светлых и очень красивых коридоров. Лину поблагодарил, отправив воображаемый поцелуй. Передал ей образ игры заходящего солнца, освещающего даже в таком низком положении помещения особым светом. Такое восхищало. Умеют альвы строить величественно, этого не отнять.
Привели меня в итоге в помещение, которое я почему-то ожидал увидеть. Наверное, потому что издали заметил фигуру той, к кому мы двигались Да-да, любимая моя Зажигалка, мне опять предстоит общаться с женщиной. В это раз я со всей уверенностью готов заявить, что буду искать варианты решений проблемы Дара исходя исключительно из общих для любого пола возможностей.
У альвов отношение к наготе тела, особенно у женщин, было простое: каждая представительница этого народа обладала безупречной внешностью, а значит в местах скрывать наготу не стремились, если это были не публичные места. Мужчины чуть больше придерживались людских приличий, старались прикрывать пах. В публичных местах светить этой зоной считалось совсем уж дурным тоном.
