Силовое предпринимательство XXI век полностью

(«Сибал»),[315] захваты нефте- и газодобывающих предприятий группой «Альфа-Эко», в том числе нефтяной компании «Черногорнефть» и газодобывающего предприятия «Роспан»; борьба за Качканарский, Лебединский, Оленегорский ГОКи, Орско-Халиловский металлургический комбинат и завод «Фософрит»; попытки силового захвата Таганрогского металлургического комбината,[316] а также корпоративная война между группой «Сибал» и «Илим Палп Энтерпрайз» за крупнейшие целлюлозно-бумажные комбинаты (Усть-Илимский, Братский и Котласский).[317] Помимо этого в различных отраслях народного хозяйства происходили сотни попыток захвата предприятий. Для различных государственных силовых организаций и частных охранных предприятий это превратилось в новую сферу силового предпринимательства.

С такого рода укреплением государства был связан финал карьеры одного из наиболее известных силовых предпринимателей, вышедших из спортивной и криминальной среды. Вскоре после того, как Александр Лебедь был избран губернатором Красноярского края, между ним и Анатолием Быковым, считавшим себя на тот момент неформальным «хозяином» региона, возник конфликт. Внешне конфликт выглядел как личностный, однако вскоре стало очевидным, что за ним стоит интерес холдинга «Русал» к Красноярскому алюминиевому заводу (КрАЗу), блокирующим пакетом акций (28 %) которого владел Быков. Противникам Быкова удалось мобилизовать генеральную прокуратуру, начать расследование деятельности Быкова и открыть на него уголовное дело. После ареста Интерполом в Венгрии и последующей экстрадиции в Россию Быков был под следствием более двух лет. Находясь под арестом и ожидая суда, Быков все еще боролся за свой пакет акций КрАЗа.[318] В июне 2002 г. Быков получил условный приговор и был отпущен на свободу в зале суда. Однако к этому моменту в результате дополнительной эмиссии, проведенной во время его ареста, его пакет акций сократился до 2 %. Таким образом «Русалу» и стоящим за ним Олегу Дерипаске и Михаилу Черному удалось мобилизовать силовые ресурсы государства для реализации своих экономических интересов.

Эта стратегия неоднократно применялась «Русалом» на протяжении 2001–2002 гг, — для захвата Новокузнецкого алюминиевого завода (НКАЗ), а также предприятий целлюлозно-бумажной промышленности. Для начала процедуры банкротства НКАЗа были использованы долги предприятия поставщику электроэнергии «Кузбассэнерго» (подразделение РАО ЕЭС). После смены управляющих была полностью изменена схема сбытовых и финансовых потоков НКАЗа, а владельцам 66 % акций, братьям Михаилу и Юрию Живило (компания «МИКОМ»), было предложено акции продать. Сначала для оказания давления на собственников руководство «Русала» использовало неформальную силовую структуру — измайловскую ОПГ и ее лидера Антона Малевского («Измайловского»). После отказа для нейтрализации прежних собственников был использован Западно-Сибирский РУБОП, возбудивший против Михаила Живило уголовное дело (о попытке отравления губернатора Кемеровской области Амана Тулеева) и объявивший его в розыск.[319] Опасаясь ареста, Михаил Живило покинул страну, а его собственность перешла к руководству «Русала» посредством дополнительной эмиссии акций.[320]

Типичным примером использования государственных регулирующих и силовых органов для смены управления и собственности может служить ситуация вокруг Таганрогского металлургического комбината («Тагмет») в Ростовской области в апреле 2002 г. Это пример попытки захвата предприятия, контрольный пакет которого принадлежал его директору, со стороны миноритарного акционера, попытавшегося увеличить свою долю за счет консолидации более крупного пакета акций и одновременного уменьшения доли прежнего владельца. Директор «Тагмета» Сергей Бидаш владел 52 % акций, а бизнес-группа «Альфа-Эко» довела свой пакет до 42 % и пыталась уменьшить долю директора до 40 % и увеличить до контрольного пакета свою посредством лоббирования через ФСФО решения о незаконности предыдущей эмиссии акций. Принятое в пользу «Альфа-Эко» решение ФСФО было успешно оспорено с суде, но несмотря на это руководители «Альфа-Эко» мобилизовали ОМОН для силового захвата предприятия. В ответ руководство «Тагмета» привело в готовность службу безопасности и создало рабочую милицию. Последовали физические столкновения, и только вмешательство полпреда Южного федерального округа предотвратило дальнейшую эскалацию насилия. Впоследствии Бидаш, понимая, что его возможности противостояния мощной бизнес-группе, обладающей превосходящим административным ресурсом, ограничены, продал свой пакет группе «МДМ», ресурсный потенциал которой был сравним с таковым группы «Альфа».[321]