– Простите, но данную тайну я не могу вам открыть, – я спряталась лукавый взор за ресницами. – Однако, расскажу вам про него. Мой мир прекрасен не только небесами, но и земными просторами. Внизу обитают разные существа, но все они живут в мире и согласии. Сильтарины часто спускаются с облаков и посещают города, наслаждаясь не только открывающимися видами, но и общением. Мы помогаем друга другу, обеспечиваем тем, что необходимо. Нам нет дел до пустых распрей, так что мы смогли найти то, что так долго искали.
– Значит, вы больше не вернетесь? – осторожно спросил кто-то, и я расплылась в улыбке и прощебетала:
– Конечно, нет, – хотя на самом деле хотелось дьявольски расхохотаться и прорычать «Вы не достойны нас, аха-ха-ха-ха!», но пришлось корчить умильное выражение лица.
Все, устала я что-то. И, вообще, где Дар? Хочу на тренировку!!!
-Неужели сильтарины не тренируют свое тело? – задумчиво спросил Дариэль, когда я в очередной раз устало плюхнулась на пол.
– Почему же? – я устало сдула прилипшие пряди со лба. – Тренируют, но не все. Это скорее как хобби. Магию изучает каждый, это да, а вот физической форме уделяют мало внимания. Смысла нет. С кем драться-то?
– А магия тогда зачем? – хмыкнул эльф.
– Как – зачем? – я похлопала глазами. – Магия же не только для разрушения и войн нужна. Магия – это жизнь. Сильтарины пользуются всеми стихиями. Вот зачем целители развивают свой дар? Чтобы лечить. А вдруг кто-то повредит крыло? Некроманты усмиряют нежить и колдуют. Нежити у нас, понятное дело, нет, зато мы можем помочь другим разумным связаться с почившими родственниками, – если честно, я сама не верила в то, что несла. Действительно, зачем нужна стихийная и боевая магия, если в том мире все так хорошо? Ладно, целительство и защитная, но огненная и темная? Можно, конечно, предположить, что с боевой магией крылатики любят охотиться, но это уже реально бред.
Однако об этих мыслях эльфу лучше не знать.
– А ты, видимо, вообще не утруждала себя нагрузками.
– Ага, – заулыбалась я. – Я и магии еще не успела обучиться. Мне всего лишь восемнадцать, а прием в школу ведется с двадцати, – беззастенчиво врала я и не сразу заметила округлившиеся глаза эльфа. – Что?
– Тебе восемнадцать?
– Ну, да, – недоуменно протянула я и только потом вспомнила про разницу в годах.
– Да ты же еще дитя несмышлёное! – возмутился Дар, сверкнув зелеными глазами. – Даже в школу еще не поступила!
– Эм… – мысли лихорадочно завращались в голове, пока я пыталась придумать, как выйти из сложившейся ситуации. – Вообще-то… все немного не так. У нас дети… нет… точнее… блин! – вдохнула и почесала кончик носа. –Сильтарины отличаются тем, что с детства уже имеют взрослое сознание. Годы – это просто годы.
Меня одарили недоверчивым взглядом, и я вздохнула. Вот надо было ляпнуть такое! Почему не сказала, что мне, например, пятьдесят? И то больше бы на правду было похоже, а теперь меня будут считать детским садом. Хотя… может, это и к лучшему? Не будут ожидать от меня многого. Действительно, что возьмешь с ребенка?
Усмехнувшись, я самодовольно улыбнулась и поинтересовалась:
– А ты? Сколько тебе лет?
– Девяносто пять, – буркнули недовольно, а я лишь губы трубочкой вытянула.
– Мне тоже скоро будет! Время так быстро летит, – и глаза закатила к потолку, а вот Дара мой ответ озадачил.
– Быстро?
– Ну, да, – я невинно похлопала ресницами. – Сотня лет – мгновение. Вот вы, эльфы, сколько живете в среднем?
– Лет триста.
– У, так ты скоро умрешь, – я изобразила глубокое удивление, и Дариэля перекосило.
– Умереть я могу и завтра, – фыркнул эльф, касаясь меча. – В сражении, а до трехсот мне еще долго.
Я склонила голову набок и прищурилась.
– Ты меня обучишь, и я никому не позволю тебя убить. Сильтарины способные, все умения у нас заложены в генах, – ох, если бы я сама еще верила в то, что говорю, но сейчас мне надо было доиграть партию.
– Вообще-то, – рассмеялся телохранитель. – Это моя работа – защищать тебя.
Я лишь улыбнулась и перевернулась на спину, раскинув руки в стороны.
– А вы сколько живете, если не секрет?
– Не секрет, – ответила я и задумалась. Так, сколько мы там живем? Сильтарины же не простые разумные, они почти были возведены в ранг божеств, значит и жить должны долго. –Где-то тысячу.
Эльф закашлялся, и я засомневалась. А не переборщила? Все-таки тысяча это уж слишком. В моем родном мире сейчас идет только 2017 год. Значит, два поколения сильтаринов только умерли? Но слово не воробей, вылетишь – не поймаешь, так что изменить ответ было уже нельзя.
– Сколько? – хрипло выдавил Дариэль, взглянув на меня несчастными глазами, и я ответила ему улыбкой. – Тогда ты младенец по вашим меркам!
– Вот только не надо! – мигом взвилась я, подрываясь с места. – Я же сказала, что наше сознание формируется сразу с момента рождения! Например, я помню вкус молока матери, ее колыбельные… все, в общем.
– А как звали твою маму? – слегка отойдя от шока, поинтересовался эльф.
– Почему – звали? – снова возмутилась я. – Она жива еще!
– Прости. Так как?
– Наталия.
