Сборник переполнен истинными, глубокими чувствами. Которые оставили свои следы в жизни и душе. Не проходит и дня, чтобы жизнь не пыталась уничтожить все то, что еще живет и оказывает сопротивление. И не осталось иной силы кроме любви, которая заставляет бороться.
Я хочу упиться волей и заполнить пустоту,
Я хочу забыть про горе и развеять темноту.
Убежать от ожиданий и словить остатки дня,
День увидеть без страданий и держать его всегда.
В теплых водах искупаться,
Отпустить тяжелый груз.
В мир без страха отправляться,
Погрузиться в царство муз.
Раскинулось небо лазурное
Над миром все также большим.
И плещутся в нем полулегкие,
Звезды, рассыпаны в ширь.
В россе отражается облако,
Как будто в той капле воды.
Таится вселенная новая
И новое небо и жизнь.
Не гаснут светила над берегом,
Не видно отсюда конца.
Все так же по миру мы бегаем,
Как за солнечным светом луна.
Желтый свет, сквозь стекла с трещинной,
Пробивает ночной мрак,
И жужжит о бесконечности, пролетающий светляк.
Там в груди, под илом бренности,
Тихо теплится душа.
Ты ее коснулась с нежностью и разбила не спеша.
Я возьму тебя за талию и прижму к себе рукой,
Так умрет в моих объятиях,
Чувства связаны судьбой.
Поцелуй твой будет скованный, как прощальный,
гробовой.
Ничего теперь не вспомним мы.
Наших дней союз такой.
Закружат ветра холодные, наши первые слова,
И останутся нетронуты,
Слово нет и слово да.
Свет мелькает и мерещится, в этом танце из вражды,
Как мои признанья в вечности,
Затерялись вдоль межи.
В этот миг прощанья с жизнью,
С той что связана с тобой,
Я убит одной надеждою, что останешься живой.
Ты меня коснулась пламенем,
В час когда я стыл во тьме.
Мы с тобой решили правильно, когда тлелся свет на дне.
Воздух свежий и без привкуса,
То есть просто, без души.
Я остался птицей раненной, ты сказала мне пиши.
Красный цвет восхода раннего,
Отражается в стекле.
Ты ушла, и до свидания, не осталось чувств во мне.
Пронзительна дрожь от твоих поцелуев,
Но тело смиренно под дланью моей.
Так призрачно чувство тоски меня сводит,
Когда отдаляются губы твои.
В чувствительных вздохах, в порывах духовных,
Ты жаждешь услышать слово люблю.
Так нежно, так странно в груди моей стоны,
О том, что без тебя я прожить не смогу.
В минуты когда ты рядом со мною,
Я мысли боялся, а как без тебя?
Но вскоре конечно я уже понял,
Что будем с тобой, увы не всегда.
Трудно мне сказать как долго не общались мы с тобой,
Только сердце потревожит тихий, нежный голос твой.
Мне не вспомнятся обиды, позабудутся слова,
Что в те ночи говорили, мы друг другу, иногда.
Память мне напомнит только, как мы днями напролет,
Письма длинные писали, уходили от забот.
Помню, как мы повстречались, переписку начали,
И как трепетно общались, мы друг друга берегли.
Не всегда я мог утешить и помочь идти вперед,
Но старался быть поближе, хоть и в верстах я далек.
Для тебя моя принцесса, дверь открыта от ворот,
Я всегда тебя услышу, сохраню от бездны вод.
Для меня ты лучик света, в этой затхлой темноте,
Ты ведешь меня по свету, не оставишь в пустоте.
Видно ты своей улыбкой, озаряешь небеса,
Ты одна такая в мире, ґарна, добра та ніжна.
Я не знаю очень много, я не ведаю судьбу,
И куда ведут дороги, я не как не предскажу.
Для меня ты будешь светом, светом сильным маяка,
Что указывает берег, всем заблудшим морякам.
Я надеюсь, в час отрадный, я с тобою обнимусь.
И закружимся мы в танце, позабыв печаль и грусть.
Верю я моя принцесса, в счастье долгого пути,
Должен быть прекрасным вечер. В дождь, огонь внутри спаси.
Перед сном, прошу всего лишь, улыбайся для меня,
Чтобы ночью наполнялась, светом темная земля.
Чтобы я нашел дорогу, что бы я не заплутал,
Ну а я тебе отвечу, светом звезд, дыханьем трав.
И трепет нежный, но пустой,
В тумане белом на листе.
Мне до тебя подать рукой,
Мне не найти тебя нигде.
Веет холодом с окна,
И ты опять всю ночь одна.
Не улететь теперь к тебе,
Моя душа теряет цель.
Всего одна минута бьется в такт,
Тоска моя уже на старт.
И каждый вздох рождает боль,
Пустая боль, не быть с тобой.
Я не пишу тебе стихи,
Я умираю от тоски.
Все так заезженно и глупо,
Все так не искренне давно.
Меня здесь убивает скука,
И что же в жизни, все равно.
Быть может злиться на погоду,
Иль на правительство роптать?
Однако вновь такая скука,
На неразумное влиять.
Чернила списаны с неделю,
А в новых нет нужды давно.
Я не во что уже не верю,
Здесь будто все предрешено.
В твоих руках сжималось сердце,
Сквозь пальцы капала душа.
Ты оживляла мир скитальца,
И убивала не спеша.
Ты для меня последняя преграда,
И на пути моем не будет и следа.
Сожженные мосты остались сзади,
И брошенные в панике дома.
Забудь последние стенанья,
И крики от кровавых ран.
Мне лишь одно осталось покаянье,
И миллионы не прощенных дам.
