Давид – молодой человек из обеспеченной семьи, чьей жизни можно только позавидовать. Но однажды все изменилось. Жизнь разделилась на до и после аварии. Врачи сказали, что он больше никогда не сможет ходить. Жизнеутверждающая история о принятии себя, о силе духа, а также о любви, дружбе и семейных ценностях.
В огромном загородном доме в неприлично дорогом Подмосковье метал громы и молнии уважаемый в округе бизнесмен. Вообще он никогда не славился тихим нравом, но в тот день Александр Александрович превзошел сам себя и удивил даже видавших виды домочадцев. В гостиной громогласно распекал он своего старшего сына Александра. Младший сын Давид только что приехал из города на своей новенькой Ауди ТТ. Войдя в дом, он безмолвно одними глазами спросил у матери, что случилось. Мать, красивая ухоженная женщина средних лет, лишь пожала плечами. Давид решил остаться незаметно стоять в дверях, пока не поймет, что к чему. Это был очень привлекательный молодой человек двадцати двух лет от роду, лицом похожий на мать, с такими же ясными зелеными глазами и темно-русыми волосами, но унаследовавший смуглую кожу от бабушки по материнской линии. При этом выглядел он довольно мужественно и прекрасно был осведомлен об этом. Вокруг него всегда вились самые красивые девушки.
– Что значит, не хочет? – полыхал Александр Александрович, – да кто она вообще такая, чтобы в моем доме чего-то хотеть или не хотеть? Может, она просто забыла, откуда она родом и кто здесь главный? Испокон веков, до революции еще повелось в нашем роду Винокуровых старшего сына называть Александром! И с какой вдруг радости мы должны прерывать эту традицию по хотению какой-то пигалицы без роду без племени из-под Рязани? Я тебя спрашиваю, на основании чего она решила, что может что-то решать в нашей семье?
– Но, пап, – начал было мямлить Саша…
– Не папкай мне тут, – перебил его Александр Александрович, – я тебе слова не давал! Когда я позволю, тогда и будешь говорить! Я тебя если спрашиваю, это еще не значит, что тебе можно говорить! Я тут главный, пока не начну под себя ходить! А этого вы никогда не дождетесь! Ясно вам? Ишь ты, посмотрите, какая выискалась решательница Настасья, глядите-ка! Может, она и холдингом будет за меня руководить или советы давать? Ну, и как она хочет назвать моего первого внука? Говори, чего молчишь!
– Матвей, – еле слышно выдавил Саша.
– Да ты издеваешься? – снова взорвался Александр Александрович, – какой еще к чертям собачьим Матвей? Какой такой Матвей??? Нет, ну надо было мне докатиться до такой жизни! Уж лучше бы я до конца света дожил, чем такое услышать! Итак, первый сын будет Александр, как и было последние сто пятьдесят лет минимум, а второй хоть Матвей, хоть Иуда, мне плевать! Но первенец будет Александром, я не позволю позорить меня какой-то девице, которая слишком много о себе возомнила! Разговор окончен, спор закрыт за отсутствием смысла!
– Но она его мать, – опять начал было Саша, который явно оказался меж двух огней.
Он был тем еще подкаблучником при жене с сильным характером. И, судя по всему, она его просто поставила перед фактом, не приемля компромиссов. А отец был самой значимой для него фигурой с раннего детства и никто в семье, кроме средней сестры Натальи, никогда не смел ему перечить. К сыновьям Александр Александрович всегда был очень требователен, поблажек не было. Ох, как бы Саше сейчас пригодилась поддержка сестры. Но Наталья уже два года жила в Нью-Йорке, училась в аспирантуре и параллельно вела курс по истории русской литературы в университете. Отец ею очень гордился. Впрочем, если бы она стала дворничихой, скорее всего, он бы все равно гордился. Наталья всегда была его любимицей.
– Мать, говоришь? – снова вскинулся Александр Александрович, – так, может, она не знает, что главная задача матерей – это растить детей, а не решать за мужчин в приличных домах? А главная добродетель женщины – это хранить семейный очаг и устраивать благотворительные ужины! Вот посмотри на свою мать – это и есть образец для подражания всем женщинам! Может, ты еще скажешь, что твой сын не будет учиться в МГУ? Или какая еще крамола у вас там есть в запасе???
– Но она… – совсем сник Саша.
– Что она? – взревел Александр Александрович, – Что она, я тебя спрашиваю? Кто она вообще? Она хоть рубль в своей жизни заработала? Напоминаю, что всё, что у вас есть, вы имеете благодаря семейному бизнесу, который я тяну на себе, как могу! И чем бы ты зарабатывал, если бы не наш холдинг? Где бы вы жили? В картонной коробке под мостом на Курском вокзале? Да что вы вообще все стоите без семьи и наших традиций?
– Привет, пап, – наконец подал голос Давид, чтобы отвлечь внимание от старшего брата, который казалось сейчас просто сожмется до кванта и исчезнет.
– О, привет, младший сын, – смягчился отец, – а ты меня чем сегодня порадуешь? Может, скажешь, что не хочешь работать на меня? И что юриспруденция теперь не твое? Или как там сейчас говорят у молодежи?
– Нет, я просто приехал на выходные вас повидать, – мягко сказал Давид, – потом у меня подготовка к защите диплома, до июня не смогу вырваться.
– Ну, хоть одна хорошая новость, – вздохнул Александр Александрович, – еще одного сюрприза сегодня я бы не выдержал. Если нужна будет какая помощь, только скажи, ты же знаешь.
– Знаю, знаю, – обаятельно улыбнулся Давид, – но я сам справляюсь.
***
