– Не знаю, я буквально недавно видел всю чёрную работу, и тут же всё как сквозь землю провалилось. К слову, а где Саша? – произнёс в унынии Трускарёв.
– Кто ж знает, он дал понять, что нужно идти, и мы сразу же двинули сюда, а он куда-то запропастился.
– Двинулись сразу? Я ждал вас около десяти минут, после того как дал знак, – проснулся Владимир.
– Да, Саша вышел, маякнул, и мы тут же отправились, – начал осознавать Леонид Борисович.
– И Санёк пропал, всё понятно. В курсе были только мы втроём. Они никак не могли знать этого.
Стало очевидно: Александр выдал лучшего друга…
– Ну, здравствуй матушка, как ты? – обратился сын к могиле матери.
Владимир поцеловал крест, прибрался и сел, продолжив говорить.
– Как я? Да знаешь, врать не буду. Плохо идут дела у меня. Оказывается, война за справедливость забирает много сил. Никогда не думал, что потеряю столько за такой короткий срок. Не понимаю, того ли курса я держусь. Хотя правильный путь – это тот, который ты сам считаешь правильным. Я осознаю, для чего я всё это делаю, и не собираюсь останавливаться. Но потери, которые несу, сбивают с ног, – голос дрожал, и сдерживать себя было невыносимо трудно. – Меня предали самые близкие люди, доступ к образованию закрыт, с работы уволили, денег практически нет. Я на всё был готов ради Дарьи, Александра, был уверен в них, но сейчас моё мнение о людях изменилось в худшую сторону… Ещё и слоника твоего потерял. Он мне сильно помогал, как будто ты была рядом и поддерживала в трудную минуту. Без него как-то не по себе.
– Ладно, мам, мне следует идти, – Владимир коснулся могильного холмика. – Я буду бороться до последнего удара сердца, сделаю всё возможное. Кстати, спасибо, что познакомила с Леонидом Борисовичем, прекрасный человек, не знаю, что бы я без него делал. Он помогает мне и по сей день. Хотя я так много всего натерпелся, что уже не доверяю никому, даже в нём порой сомневаюсь. Увидимся!
В этот же день Леонид сообщил, что нашёл работницу, которая видела на заводе то же самое, что и Владимир, а значит, может помочь.
… День суда …
Владимир неторопливо вылезает из брички, встаёт на землю. Исполненный решимости, смотрит на здание суда. По его глазам видно: шансов выиграть практически нет. Но пути назад отрезаны, он пошёл ва-банк. Пока взор скользит по причудливому фасаду, голова собирается с мыслями. Охранники всё понимают, между тем до начала процесса остаются минуты. И Владимира ведут в судебню.
«Прошу встать», – говорит судья бесстрастным голосом, после чего садится. Суд начинается…
– Для начала, есть ли у сторон ходатайства? – спросил судья.– Раз нет, начинаем судебное заседание.
Всё идёт по обычному сценарию. Истец – Владимир. Вместе с Леонидом он обвиняет ответчика – Зарубина Виталия. Товарищи понимают, что возможности выиграть практически нет, но надежда умирает последней. Винодел спокоен и уверен: ещё бы, ведь он всех обставил. Злость на молодого противника велика, но на лице ни один мускул не дрогнет.
– Какие у Вас есть доказательства в поддержку Ваших слов? – поинтересовался судья у истца.
– Уважаемый суд! Вот это выдержки из некоторых газет и записки лиц, работавших у него на предприятии. Ещё у нас есть свидетель, – передаёт бумаги Леонид.
–Уважаемый суд! На деле эти бумажки ничего не значат, про моего клиента ходит много слухов, а газету нельзя считать истинным источником информации. Вещественных доказательств нет. А про отписки рабочих я вообще молчу. Я хоть сейчас вам могу накалякать записку и сказать, что это написал сам Государь император и пригласил меня на кружечку чая, – немедля подхватил ситуацию адвокат Винодела.
– Тогда перейдём к свидетелю. Прошу его выйти.
– Здравствуйте, уважаемый суд! Я работаю на заводе уборщицей и в тот момент была очевидцем всего, на что указывает истец. Я и до этого замечала странные события вокруг, но так ни разу и не осмелилась заявить, – высказалась женщина.
– Понятно. Что Вы на это скажете? – перекинулся судья на ответчика.
– Откуда нам знать, что она и вправду работает на моего клиента?
Тут в руках Леонида появился список работающих на заводе в подтверждение слов свидетеля.
– Шустрые ищейки! И это дон умудрились найти. Поразительно дон, – процедил в сторону адвоката Винодел.
После этого Владимир ещё раз рассказал о случившемся на заводе, и о том, чем всё обернулось. По залу пробежал ропот: Трускарёв был убедителен, да и все в целом знали, что творит Винодел.
– Суд удаляется для принятия решения, – объявил судья.
Это были самые долгие пятнадцать минут в жизни Владимира. Но вот служитель закона вернулся и огласил вердикт:
– Суд постановил признать Зарубина Виталия Антоновича невиновным.
В зале начался переполох, никто уже ничего не слушал, однако Владимир был словно отрешён от всего. Он вышел на улицу и взглянул на небо.
– Боже, как красиво! Дай мне возможность как можно дольше смотреть на прелести нашего мира. Мама, прости, я не смог, – вымолвил шепотом Трускарёв.
Вдруг послышалось два глухих выстрела. Владимир упал.
