– Ты что же, думаешь, мы там останемся? Если бы Карстен вернулся, тогда, конечно, его мы не бросили бы. Но ты ведь знаешь… Ах да, конечно, ты же ничего не знаешь. У Карстена, к сожалению, тяжелое осложнение. Жить он будет, – она предусмотрительно подавила вопрос в зародыше, – но работать точно не сможет: очень высокие требования к режиму, диетам, ну и всякое прочее. Потому Карстен не вернется. Я ему сегодня звонила. А оставаться под этим, прости, Господи, Йоргеном… – Наташа перекрестилась по-православному справа налево. – Нет уж, ни за что! Возьмешь?
Стефан в нерешительности перевел взгляд на Влада. Ему требовалось больше уверенности.
Тот понял взгляд.
– Наташа права. – Слова он подбирал медленно, вероятно, не желая сделать ошибку, говоря на неродном языке. – Йорген команду развалит. Не сегодня, так завтра. Люди начали уходить. Если уйдут Микаэль и Акира, за ними потянутся другие. И как мне выходить на гонку без команды?
Это Стефан понимал отлично: для пилота поддержка команды была одним из решающих факторов. Не будет рядом профессионалов – никакое мастерство не спасет. А профессионалы стиль нового руководства терпеть не будут. Он кивнул, соглашаясь. Влад продолжил:
– Если я уйду сейчас, то уйду победителем. А если через несколько месяцев, проиграв еще одни гонки, то, сам понимаешь, больше я ни в одну команду приглашения не получу. И что? Идти работать в такси?
Да, и не возразишь.
– Но вы понимаете, что дело новое и опасное?
– Понимаем, конечно! – Это опять вмешалась Наташа. – Как по мне, то куда опаснее, если талант окажется выброшенным на улицу. Пусть опасно. Но шансы на победу там есть?
– Есть. – Непонятно почему, но Стефан и в самом деле не сомневался. Возможно, потому, что уже испытал на себе возможности Еана.
– Вот и отлично! – поставила она точку. Но, не удержавшись, тут же продолжила: – Ты еще с тростью ходишь – надо мне с тобой упражнения поделать. Завтра и начнем.
Спорить не имело смысла. Стефан только молча кивнул.
Влад с Наташей устроились в уголке, а к Стефану выстроилась небольшая очередь желающих сменить деятельность. Это было, с одной стороны, очень странно: он пока ни слова не сказал ни о зарплатах, ни о социальных гарантиях. Зато с готовностью предупреждал, что дело совершенно новое, опасное и неизведанное. Однако по какой-то мистической причине людям это нравилось. Конечно, не всем. Некоторые, узнав, что нужно будет ехать в какую-то неизвестную Монголию, принимали решение остаться дома. Семейным Стефан отказывал сам, твердо и непреклонно. Хватит того, что у него пары нет и теперь уже вряд ли будет – после Николь он уже не решится на серьезные отношения. А несерьезными и смысла не было заниматься. Но ломать чужие семьи – эту ответственность он на себя брать не будет.
А потому из всей кучи народа, пришедшего поприветствовать героя, осталось всего несколько человек – Микаэль, Акира, Влад с Наташей, механики Гунар и Стивен, инженер по связи пан Войта и, как ни странно, стюард Люка Боннар.
Еще до этой встречи Стефан обсудил с Еаном, что именно можно на этом этапе сообщить команде. Решили, что пока им о Еане лучше не знать. Информация могла показаться столь неправдоподобной, что люди утратили бы доверие. По странной аберрации местных верований, эти люди почему-то куда охотнее верили в такие иррациональные вещи, как третий глаз, внутренний голос, вдохновение свыше и тому подобную мистику. Однако поверить с той же легкостью в наличие на планете пришельца без тела вряд ли представлялось возможным. Поэтому Стефан с относительно легким сердцем поведал о голосе свыше, посетившем его во время комы. Тем более что таблоиды совсем недавно без устали перепевали историю невероятного возвращения к жизни смертельно раненного гонщика.
Как и ожидалось, против голоса свыше возражений не возникло.
Команда получила распоряжение через неделю быть в полной готовности приступить к работе. И координаты Питера Ланге, в чью обязанность входило улаживание любых возможных юридических препятствий к новой работе.
Монголия встретила их диким ветром.
Уставшие после почти суточного перелета, они в растерянности остановились перед раздвижной дверью, в которую пытался проникнуть ветер, злобно завывавший снаружи. Клубы снега, которые то и дело устрашающе взлетали кверху, практически закрывали весь обзор, и казалось, что эта снежная ревущая круговерть поглотит людей немедленно, едва они преодолеют эту непрочную стеклянную преграду.
– Не волнуйтесь, все в порядке, – улыбнулась Сайда.
Эту смуглую, дикого восточного вида девочку, которую Карло выслал их встречать, похоже, непогода вовсе не смущала.
Возраст девушки вступал в резкое противоречие с гортанным и грубым, больше похожим на мужской, голосом. Однако английским она владела безупречно.
– Нам надо дойти вон до той машины. – Она показала рукой в просвет, вдруг образовавшийся в этой снежной круговерти, где метрах в пяти от входа действительно стоял внушительного вида внедорожник. – Наденьте варежки.
Варежки, шарф и шапку получил каждый, без исключения.
