Ответом послужила тишина, нарушаемая шелестом одежды и стуком бокалов о столы. Посетители отводили глаза, чтобы не встретиться взглядом со Стефаном. Вдруг тишину нарушил громкий звук плевка, сопровождаемый стуком кулака о стол.
– Что происходит? – Нервы Стефана не выдержали, и он широким шагом направился к столику у стены, откуда на него исподлобья таращился сильно нетрезвый незнакомый мужчина.
Теперь, когда вопрос нашел адресата, публика приготовилась с интересом наблюдать за действием.
– А то ты не знаешь? Явился не запылился, будто и не произошло ничего.
К своему ужасу, вблизи Стефан узнал собеседника. То есть имени он не вспомнил, а может, и не знал никогда, но мужчина точно работал в какой-то вспомогательной службе трассы Red Bull – то ли уборщик, то ли что-то вроде.
– А что произошло? – По спине тихонько крался холодок ожидания.
– Нет, вы только посмотрите на него! И хватает наглости явиться и спрашивать?!
Мужчина с угрожающим видом привстал, словно намеревался закатить спрашивающему пару оплеух, но алкоголь сделал его ленивым, и он плюхнулся обратно на скамью.
– Да, расскажи ему, Курт, что произошло и почему ты с утра наливаешься пивом вместо работы.
Стефан не стал оглядываться на непрошеного помощника, тихо радуясь, что Курт опустился на скамью.
– Ставь пиво, расскажу.
История повергла Стефана в ужас.
Из нее следовало, что на самом деле он не попадал ни в какую аварию и не спасал никакого ребенка. Все это козни и инсценировка, оплаченная конкурентами, в качестве которых фигурировали то ли японцы, то ли китайцы – заплетающийся язык Курта, похоже, никак не мог остановиться на одной версии. Зато называлась сумма, которую – говорящий утверждал, что это ему достоверно известно, – Стефану заплатили, чтобы он развалил родную команду, переманив лучших специалистов к конкурентам. И теперь они где-то – то ли в Азии, то ли в Австралии – гребут огромные бабки, в то время как родной город пропадает без команды.
Новость обрушилась на голову, как чугунный молот.
– Но, погоди, ты же про меня в газетах читал, – попытался возразить Стефан.
В ответ прилетел плевок, звучно шлепнувшийся ему под ноги:
– Я же говорю, что все проплачено. «Утку» газетную запустили.
– А то, что я в коме был?
– Не знаю, где ты там был, но после таких аварий люди на своих ногах не ходят. Вранье все.
Возражать или что-либо доказывать не представлялось возможным. Кажется, это заблуждение разделяли все жители городка, а может, и не только они – кто знает.
Стефан почувствовал себя полностью раздавленным. Как таракан. Уж лучше было умереть или не выходить из комы, чем знать, что люди, которых ты с самого детства считал едва ли не родственниками, презирают тебя.
Первым побуждением было напиться прямо в этом баре так, чтобы отключиться и не видеть, не слышать, не знать всего, что на него обрушилось со страшной силой.
Он уже повернулся к бармену, собираясь заказать как можно больше самого страшного пойла – лишь бы скорее убрать из своего сознания эту чудовищную ложь.
Отрезвил его стук – это голова совершенно захмелевшего Курта ударилась о видавшую виды деревянную столешницу. Стефан представил себе, как они оба лежат здесь пьяные, опустившиеся, совершенно одинаково равнодушные к себе и миру.
Картинка показалась такой омерзительной, что Стефан поспешил встать и уйти.
Придя домой, он заперся в своей комнате и ничком бросился на кровать. Мысли, как камни, с глухим стуком перекатывались в голове, заставляя его метаться между отчаянием и стыдом. Как объяснить Еану чудовищную несправедливость происходящего, когда собственные соседи исторгают столько яда, вбивая острые колья ненависти и лжи, неизвестно откуда взявшейся? Как объяснить чужаку, зачем и почему он, Стефан, старается ради этих людей, не способных ни понять, ни оценить задуманного? Шумахер с содроганием ждал, когда же его невидимый собеседник задаст неизбежный вопрос, на который нет и не может быть ответа.
Но время шло, а Еан не появлялся.
«Да он же занят – таскает информацию», – наконец-то пробилась хоть одна здравая мысль. Конечно, так и есть. Основным преимуществом Еана являлось как раз отсутствие тела, за которым необходимо присматривать: тело необходимо кормить, выгуливать, укладывать спать, что требует от каждого инопланетянина немалого времени. К тому же наличие тела дает право родным, друзьям и знакомым требовать от его владельца внимания, общения и тому подобного, а это дополнительное время для жизни. Еан не нуждался ни в чем из перечисленного, зато имел самую вескую из всех возможных причин как можно быстрее отправиться в дальний космос.
Судя по всему, объяснения с другом можно было временно избежать.
От этой мысли несколько полегчало, но злость требовала выхода, и Стефан изо всех сил саданул кулаком по стене, сбив костяшки в кровь. Боль подействовала отрезвляюще. Он мельком глянул на повисший лоскут от старого постера и принял решение: «Я найду того, кто это сделал, и заставлю ответить!»
Он спустился вниз и выехал в ночь. Родители поймут. Им здесь тоже пришлось несладко. За них он тоже отомстит.
