– Я чувствовал, что теряю. Но… что ж, из всех, кого я когда-либо знал, Катя, я не хочу терять именно тебя.
Он прильнул к ее губам на долгий-долгий момент. Когда он оторвался от нее, то понял, что несмотря ни на что, это Катя, которая помогала ему оставаться человеком. Ксенолинк… высвободил из глубин его существа что-то новое, сильное и неизвестное. Оно… хотело чего-то, что он не мог дать ему. Катя была почти единственной причиной, чтобы держать монстра в клетке.
– Я рад, что твои губы не сгорели, – сказал он ей.
– Хорошо, что я была в дыхательной маске. Через день или два мы сможем попробовать что-нибудь посущественнее.
– Жду с нетерпением.
– Вот и хорошо, а пока займемся делами. Ты должен узнать все в деталях. Завтра сюда прибудет делегация ДалРиссов Мы должны встретиться с ними.
Он с сомнением посмотрел на сгоревшую кожу.
– Это ведь не включает тебя, надеюсь. Ты не можешь выйти наружу в таком виде.
– Боюсь, что включает. Но к завтрашнему дню мне будет уже гораздо легче, по крайней мере настолько, что я смогу вползти в 3-костюм Я сделаю это.
– Это что, своего рода дипломатическая встреча с ДалРиссами?
– Больше чем это. Мы сказали им, что ты прилетаешь. Между прочим, я была права. Они действительно помнят тебя, Дэв. Тебя в особенности. Они придут завтра – специально, чтобы увидеть тебя.
– Меня? Зачем?
– Потому что ты… – Она запнулась и закрыла глаза, вытаскивая незнакомое слово из своего ОЗУ. – Ты Ш-вах. И именно поэтому ты можешь оказаться реальным ключом для того, чтобы они помогли нам.
– Прошу прощения. Что ты сказала… Что это, шевах?
– Ш-вах, – поправила она, произнося слова с коротким придыханием. – И, может быть, тебе стоит подождать, пока один из них не переведет это. Я не уверена, что смогу.
Древняя Греция была не единым государством, но собранием дюжин крохотных независимых городов-государств, отделенных один от другого горными цепями и бухтами. Именно это разделение и перекрестное оплодотворение идеями, дало расцвет наукам, искусству и культуре.
В действительности, самые блестящие примеры греческой научной мысли родились не в самой Греции, а в ее колониях, таких как Абдера, где Демокрит размышлял над атомом, и Самое, где Анаксимандр предложил схему, которая для современного уха звучит чрезвычайно похоже на эволюционную теорию. Человечество требует разнообразия, свободы эксперимента, если хочет реализовать свой потенциал. Естественно задаваться вопросом, увидят ли будущие века такие скачки в развитии сознания, когда возникнет подобное перекрестное оплодотворение мыслями, но не между городами, а между продуктами взаимно чужеродных эволюции.
Слово Ш-вах, было самым близким произносимым эквивалентом трехуровневых шипящих и щелкающих звуков, которые относились к определенной концепции в миропонимании алианцев.
Для ДалРисса эволюция рассматривалась как бесконечно сложный древний танец; Ш-вах представлял некую основу, повлиявшую на всю последующую эволюцию. Лучшим примером могут служить те из земных рыб, которые впервые смогли использовать свои жабры в качестве легких… и которые открыли землю для покорения морским обитателям.
По стандартам ДалРисса сам Человек был Ш-вах в Великом Танце жизни, который изменил лицо своего мира, затем обеспечил средства для скачка на другие миры и насаждения там жизни. ДалРиссы, которые оставили всего несколько форм жизни на Генну Рише без изменений, были самыми совершенными танцорами из всех.
Но Дэв, похоже, занимал особенное место в рамках концепции ДалРиссов. Он был первым в глубинах Генну Риша, кто объединил отдельные танцы Нага, ДалРиссов и людей.