Решение о роспуске армии и переходе к партизанскому движению было принято преждевременно, так как деникинцы уже отводили свои войска с петлюровского фронта к Днепру: 10—12 декабря «белые» сдали Полтаву и Харьков, а 15 декабря Красная Армия вошла в Киев. Огромные территории Волыни и Подолья оказались покинуты белогвардейцами. Продержись петлюровцы еще дней 6—7, а на оборону у них пока были силы (в армии еще сохранялось около шести тысяч бойцов), и они снова могли стать хозяевами обширных территорией, сохранить республику. Но история распорядилась по-другому.
Вечером 5 декабря Петлюра, не попрощавшись и даже не произведя последние необходимые назначения, не передав дел, выехал из Ставки в Варшаву. На 6 декабря был назначен важнейший военный совет, где должен был быть утвержден план партизанской борьбы, и Петлюра обещал на нем быть. Но он обманул ожидания командиров. Это было бегство, а не отъезд... Он не мог смотреть в глаза боевым товарищам, понимая, что ничего хорошего он уже не может им сказать. Петлюра не верил в партизанство. Для него роспуск армии означал полный разгром.
Зная, что Василий Тютюнник тяжело заболел и просил освободить его с поста командующего, Петлюра даже не назначил нового командующего. Тютюнник, лучший командующий армией УНР, умер через тринадцать дней от разрыва сердца, пережив кризис тифозного марева.
Очевидно, что Петлюра готовился к своему отъезду заранее. Еще 1 декабря, в момент авантюры мятежных атаманов, Петлюра послал своего адъютанта с письмом к Пилсудскому в Варшаву. Сообщения с Чарторыей не было, и Петлюра не знал, что за три дня до его выезда Ливицкий подписал в Варшаве предварительный союз с Польшей. Однако, возможно, Петлюра и был в курсе результатов переговоров в Варшаве. Они закончились еще 2 декабря подписанием «Декларации». Возможно, новые перспективы союза требовали от Петлюры личной встречи с «вождем» поляков Пилсудским.
В последние минуты перед отъездом тайно отъезжающего Петлюру все же нашел премьер Мазепа на перроне станции. Премьер попросил сделать последнее распоряжение — подписать приказ о назначении нового командующего армией для партизанских действий. Выбор пал на генерала Михаила Омельяновича-Павленко, заместителем его стал партизан «с большим опытом» — Юрко Тютюнник.
Справка
Тютюнник Юрко (Юрий) Иосифович (1891—1929) — генерал-хорунжий армии УНР. Из крестьян. Окончил университет и военную школу, участвовал в Первой мировой войне, поручик. С весны 1917 г. примкнул к украинскому национальному движению. В 1918 г. — организатор «Вольного казачества». Один из руководителей Звенигородско-Таращанского восстания. В 1919 г. как начальник штаба войск атамана Григорьева организует выступление Григорьева против УНР, а потом и против Советской власти. Организатор партизанской дивизии, которая в июле 1919 г. присоединяется к армии Петлюры. С мая 1920г. — генерал-хорунжий армии УНР, комдив. В 1921 г. — командующий Партизанско-повстанческим штабом. В 1923 г. перешел на сторону Советской власти и вернулся в УССР, преподавал в советской «офицерской» школе. Писал сценарии, исторические эссе, играл в кино. В 1929 г. расстрелян как «враг народа».
Последний разговор с Петлюрой, как писал в воспоминаниях Мазепа, был хаотичным, ни о чем... Петлюра не сказал о том, что же делать дальше, какие цели ставить. Он очень переживал... Он вспоминал бои под «Арсеналом» и подарил Мазепе свою старую шинель, которая спасла его от пули восставших «арсенальцев». На шинели на груди просматривалась аккуратно заштопанная дырочка.
В сопровождении начальника штаба Юнакова, охранника и двух адъютантов, Доценко и Волянского, Петлюра под чужим именем выехал с Украины. Машинист поезда
