Можно сказать, мы с Лу Сусу товарищи по несчастью, и я прекрасно мог ее понять. Мне пришла мысль, что было бы лучше снимать жилье вместе с Лу Сусу, чем с Ян Кэ. Однако покажется странным, если мужчина предложит такое девушке-коллеге. Я не осмелился предложить подобное: вдруг она подумает, что я задумал неладное… Вернувшись к теме смерти Цзян Ин, я был крайне возмущен гнусными сплетнями, которые распускали ее одноклассники. Скорее всего, они думают, будто причиной смерти Цзян Ин стало самоубийство, но на самом деле главная причина – это их злые языки.
– Мне очень нравятся люди с обостренным чувством справедливости, – ответила Лу Сусу.
Услышав от нее такие слова, я почувствовал, как у меня затрепетало сердце, поэтому под предлогом наличия дел поторопился уйти.
По прошествии нескольких дней состояние А Хао понемногу стало улучшаться, но до нее начало доходить то, что Цзян Ин умерла. Она тяжело переживала эту трагедию, все время пребывая в унынии, перестала активно участвовать в процессе своего лечения, а следом появились и первые симптомы депрессии. Ядовитые комментарии одноклассников уже погубили одну девочку, не хватало еще одной жертвы… Мне не хотелось, чтобы А Хао последовала примеру Цзян Ин, поэтому я решил позвонить У Сюну, надеясь, что тот сможет помочь А Хао преодолеть депрессию, пока болезнь не усугубилась.
Я решил провести среди школьников лекцию о том, как важно с вниманием и осторожностью относиться к собственным словам. Во время выступления я рассказал о депрессивных заболеваниях, надеясь, что в будущем ученики будут с большей заботой и пониманием относиться к людям, подверженных такому состоянию. Однако не успел я закончить лекцию, как один ученик написал в интернете пост, в котором обругал меня за нудную болтовню, да еще и добавил, что такие взбалмошные и лишенные рассудка люди заслуживают смерти и можно считать это естественным отбором, который лишь будет способствовать общественному прогрессу.
В тот день после лекции я чувствовал себя очень тоскливо. Вернувшись домой, вспомнил, что Лу Сусу тоже стала жертвой интернет-пересудов. Я все время думал о внезапно возникшем желании предложить ей начать снимать со мной жилье. Дома Ян Кэ смотрел телевизор. Я присел рядом с ним, и мы начали болтать о разных пустяках, но потом я все же решился поинтересоваться его мнением:
– Как ты думаешь, Лу Сусу согласилась бы снимать со мной квартиру?
Услышав мой вопрос, Ян Кэ, резко повернувшись, изумленно уставился на меня и выдохнул через нос. Не знаю почему, но, как только я упоминаю Лу Сусу, Ян Кэ тут же начинает злиться. Он продолжал хранить молчание, и я заговорил первым:
– Забудь, я спросил просто так.
– Хочешь съезжать, так съезжай, тебя здесь никто не держит, – холодно бросил Ян Кэ и начал беспрерывно щелкать телеканалы.
«Совсем чокнулся», – хотел я ответить ему, но промолчал. Уныло поднялся и направился в комнату, но вдруг зазвенел телефон. Входящий вызов был от зама Ляо из полиции. Какое срочное дело у него могло быть ко мне в такое позднее время?
– Алло? – сказал я с тревогой. – Зам Ляо, что-то случилось?
Тот поведал мне причину своего звонка. А когда договорил, я невольно воскликнул:
– Что? Это правда?
Получив утвердительный ответ, я молча дал отбой и сел на диван. Довольно долгое время я не говорил ни слова, откинувшись на спинку дивана. Ян Кэ все еще сердился; даже увидев мою реакцию, он продолжил тупо листать телевизионные каналы. Прошла минута, но я все еще был безмолвен. Ян Кэ, видя мое выражение лица, понял: что-то явно случилось. Он подсел, толкнул меня плечом, и мне в нос тут же ударил запах древесных духов.
– Что произошло? – дружеским тоном спросил Ян Кэ.
Я посмотрел на него, но не знал, как ответить на этот вопрос. Зам Ляо только что сообщил мне по телефону, что полицейская машина, которую я видел сегодня у стационарного отделения, приезжала не просто так. Рабочие, размуровавшие коридор на минус втором этаже, нашли разложившийся до состояния скелета высохший труп. Эту информацию еще не разглашали, чтобы не сеять панику. Однако судмедэкспертиза установила, что останки принадлежат пропавшей без вести более года назад Чжан Цици.
Зам Ляо уже связался с ее родными и хотел было позвонить Ян Кэ, но его телефон оказался выключен. Заму Ляо известно, что мы живем в одной квартире, поэтому он и набрал меня. Это значит, что дело о без вести пропавшей Чжан Цици переквалифицируют в умышленное убийство. Зам Ляо сообщил, что дело находится в стадии расследования, а разглашать остальные подробности он временно не может.
Чжан Цици мертва – в глубине души все понимали это, и мне не стоило так удивляться. Но ведь я несколько дней назад видел Чжан Цици; как же она могла за столь короткое время превратиться в скелетированный труп? Неужели я увидел призрака или у меня все же есть какое-то психическое расстройство?.. Нет, невозможно. Это не может быть ни привидением, ни болезнью.
В ту ночь мы с Ян Кэ не могли прийти в себя. А сколько еще беспокойных ночей ждало нас впереди…
