— При чем тут это? — перебил Саня, усмехнувшись. — Я говорю о дружбе между девушками. Когда я сказал «моя девушка», я имел в виду близкая мне девушка, подруга, то есть, друг женского пола.
По классу прокатилась волна удивленных взглядов. Одни явно сомневались в таком объяснении, другие с облегчением приняли более понятную версию.
— А-а-а… так ты об этом! — протянула Рита, хотя в ее голосе все еще слышалось сомнение.
— А ты о чем подумала? — спокойно спросил Саня, продолжая есть свой обед.
— Ну я… — начала она, но Саня не дал ей договорить:
— Неважно. Мы с Ирой и Риной очень близки, поэтому они, конечно, мои близкие девушки.
С каждым его словом возмущение на лице Риты сменялось растерянностью. Саня говорил так уверенно, что она начала сомневаться в своих подозрениях. Тем более что одноклассники никак не реагировали…
— Тебе бы лучше за своими отношениями следить, — заметил Саня. — А сейчас извини, нам нужно декорации для фестиваля доделать.
После ухода Риты класс снова наполнился разговорами о подготовке к фестивалю. Кто-то спорил об оформлении комнаты страха, кто-то увлеченно обсуждал реквизит. Но время от времени одноклассники бросали на Саню любопытные взгляды.
В отличие от общего оживления, вокруг стола Сани царила прохладная тишина. Но Ира, казалось, совсем не замечала напряжения.
— Саш, а правда, что «чья-то девушка» может означать просто близкого человека? — В ее голосе слышалась легкая насмешка.
— Конечно, правда, — кивнул он. В прошлой жизни этот аргумент уже не раз его выручал. Заметив, что Ира хочет спросить что-то еще, Саня положил ей в контейнер кусочек запеканки. — Попробуй, очень вкусная получилась.
— Спасибо, — тихо поблагодарила Ира и продолжила: — Ты столько всего знаешь, Саш… А знаешь, я тут подумала — если говорить о девушке в романтическом смысле, то мы с тобой уже как бы познакомились с родителями. То есть, ты познакомился. Ведь ты давно общаешься с Анной Викторовной, и у вас такие хорошие отношения.
Рина невозмутимо продолжала есть, будто не слыша разговора. Только вилка вдруг с хрустом вошла в котлету, которую она методично прожевала.
— Ты права, Ир, — Саня положил ей еще кусочек запеканки. — Давай поедим, а то все остынет.
— Хорошо, — послушно кивнула она и съела угощение. Потом, опустив голову, почти шепотом спросила: — Саш, ты ведь поедешь на выходных в пансионат с Риной?
— Да, мы это обсудили, и она сказала, что ты не против.
— Я действительно согласилась, — Ира подняла на него ясные глаза, по-прежнему мило улыбаясь надутыми щечками.
— Ой, я еще кое-что вспомнила, — она повернулась к Рине, и в ее голосе появились медовые нотки. — Рин, раз ты едешь с нами в пансионат на выходных, значит, Саша не сможет познакомиться с твоими родителями. Ой, прости, получается, что я как девушка опережаю тебя на шаг.
«Надо было кормить ее почаще», — с досадой подумал Саня, глядя в свой контейнер. Тогда бы она занялась едой, а не разговорами.
Шелест… Волосы Рины мягко скользнули по спине, когда она подняла голову. Вокруг нее словно образовалась ледяная аура. Не глядя на Иру и не отвечая на ее слова, Рина спокойно посмотрела на Саню и сказала:
— Саш, я вчера собирала вещи и заметила, что пропали мои любимые колготки. Можешь вечером у себя в комнате посмотреть? Может, я их там оставила?
— Хорошо, поищу.
Улыбка Иры слегка застыла. Что значит знакомство с родителями по сравнению с… настоящей близостью!
Впрочем, она быстро взяла себя в руки и продолжила болтать как ни в чем не бывало, только больше не поднимала темы родителей и отношений.
«Вот она, разница в силе», — мысленно отметил Саня.
Окажись на месте Иры Рада Сергеевна, она бы продолжала упорно сражаться, несмотря на холодное подавление со стороны Рины, пока Саня не придумал бы способ их остановить. А Ира была из тех, кто тихо готовится в тени, потом наносит резкий удар и развивает успех, но при первом же поражении мгновенно отступает. В войне она скорее стратег, чем полководец. Что касается Юли… Просто милая подруга. Наивная и непосредственная. Всегда появляется неожиданно, незаметно делает что-то важное и даже не осознает этого.
Поставив Иру на место двумя фразами, Рина снова замолчала и вернулась к еде. Саня иногда пытался заговорить с ней, но она лишь поднимала холодный взгляд:
— За едой не разговаривают. Прожуй сначала.
«Строишь из себя недотрогу», — мысленно усмехнулся он, глядя на ее ледяное личико.
Звонок с большой перемены застал их за разговором. Саня убрал контейнер из-под обеда и достал спортивную форму — по расписанию была физкультура. Их параллель разделили на группы по трое-четверо человека для подготовки к фестивалю.
Их троице досталось шитье костюмов. Хотя Саня раньше этим не занимался, посмотрев, как работает Ира, он быстро освоился.
— Саша, ты так быстро учишься! — восхитилась она.
— Ничего особенного, — улыбнулся он. С его ловкостью в 155 единиц и экспертным навыком хирургии использовать такие способности для шитья было все равно что колоть орехи кувалдой.
