Уж ночь. Калитка заперта.Аллея длинная пуста.Окован бледною Луной,Весь парк уснул во мгле ночной.Весь парк не шелохнет листом.И заколдован старый дом.Могильны окна, лишь одноМерцаньем свеч озарено.Не спит – изгнанник средь людей, —И мысли друг, – и враг страстей.Он в час любви, объятий, сновЧитает книги мудрецов.Он слышит, как плывет Луна,Как дышит, шепчет тишина,Он видит в мире мир иной,И в нем живет он час ночной.Тот мир – лишь в нем, и с ним умрет,В том мире светоч он берет.То беглый свет, то краткий свет,Но для него забвенья нет.2Помогите! помогите! Я один в ночнойтиши. Целый мир ношу я в сердце, но со мною ни души.Для чего кровавым потом обагряетсячело? Как мне тяжко! Как мне душно! Вековое давит зло!Помогите! помогите! Но никто не внемлет мне.Только звезды, улыбаясь, чуть трепещут в вышине.Только лик Луны мерцает, да в саду, среди вершин,Шепчет Ветер перелетный: Ты один – один – один.
1895
<p>«Горящий атом, я лечу…»</p>Горящий атом, я лечуВ пространствах – сердцу лишь известных,Остановиться не хочу,Покорный жгучему лучу,Который жнет в полях небесныхКолосья мыслей золотыхИ с неба зерна посылает,И в этих зернах жизнь пылает,Сверканье блесток молодых,Огни для атомов мятежных,Что мчатся, так же, как и я,В туманной мгле пустынь безбрежных,В бездонных сферах Бытия.
1895
<p>Кинжальные слова</p>
I will speak daggers.
Hamlet[3]Я устал от нежных снов,От восторгов этих цельныхГармонических пировИ напевов колыбельных.Я хочу порвать лазурьУспокоенных мечтаний.Я хочу горящих зданий,Я хочу кричащих бурь!Упоение покоя —Усыпление ума.Пусть же вспыхнет море зноя,Пусть же в сердце дрогнет тьма.Я хочу иных бряцанийДля моих иных пиров.Я хочу кинжальных словИ предсмертных восклицаний!
