То ли ему показалось, то ли он действительно увидел стремительно перемещающиеся по серому полу темные пятна и услышал топот крошечных лапок и возбужденное попискивание крыс, которым более двухсот лет не доводилось полакомиться свежим мясом. Потом до него донесся шепот и медленные, осторожные шаги по каменной лестнице. Лэнг до боли вывернул шею и посмотрел в щелку между рассохшимися досками гроба.
Один из преследователей, держа в руке пистолет с массивным глушителем в руке, осторожно пробирался мимо ниш, заваленных костями. Он то и дело поглядывал налево, и беглец понял, что его напарник держится противоположного края помещения, который Лэнг из своего укрытия видеть не мог. Они расположились так, чтобы можно было взять любую точку в помещении под перекрестный огонь. Если бы у Лэнга и были какие-то сомнения в профессионализме своих противников, то теперь-то их точно не могло остаться.
Очень скоро они должны были оказаться возле того ряда гробов, где укрылся Лэнг. И колени, торчащие из короткого для его роста гроба, выдали бы его. Так что, решил он, лучше будет самому перейти в атаку и попробовать застать их врасплох.
И тут у него в кармане заверещал «блэкберри».
Адель Шиллер сначала решила, что она оставила включенным свой новый цветной телевизор, купленный на смену старому черно-белому, который украли у нее в прошлом году. Она смотрела американский фильм и заснула в кресле. Проснувшись, женщина увидела, что фильм кончился, и отправилась в постель.
А потом ее опять что-то разбудило.
Телевизор?
Она отвернула одеяло, села на кровати и сунула испещренные синими прожилками ноги в пушистые шлепанцы, которые внуки подарили ей на прошлое Рождество. Спавшая у нее в ногах длинношерстная такса, недовольная пробуждением, спрыгнула на пол и негромко зарычала. Не обращая внимания на недовольство Фрици, фрау Шиллер прошла в свою маленькую гостиную. Нет, телевизор выключен. Ее разбудило что-то еще.
Стараясь не шуметь, она отперла три замка, отодвинула засов и на узенькую-узенькую щелочку приоткрыла дверь. Нет, она вовсе не была любопытна, и ее совершенно не интересовало, чем занимаются ее соседи, но уж после того, как тебя обворовали, просто необходимо знать, что происходит вокруг! Потому-то она выглядывала в коридор всякий раз, когда внизу открывалась дверь — исключительно ради собственной безопасности.
О, да, она узнала, что у фрау Графнер, живущей этажом выше, иногда по ночам бывают гости. И, какое совпадение, всякий раз это случалось как раз тогда, когда герр Графнер уезжал из города. Вероятно, это и было причиной ужасного скандала, который она однажды слышала через эту самую щелку. И еще, среди соседей был очень приятный молодой человек, Манфред Келлнер, который всегда здоровался с нею и вступал в беседу. По крайней мере, она была о нем самого высокого мнения — до тех пор, пока не увидела, как он целовался с другим молодым человеком, который однажды утром выходил из его квартиры!
Но сейчас объектом ее интереса оказались не Графнеры и не Келлнер. Перед дверью ее соседа герра доктора Шаффера стояли двое мужчин, которых она никогда в жизни не видела, и намеревались открыть дверь ключом. У доктора Шаффера никогда не бывало гостей. О, да, изредка его навещали Kinder, но это случалось только по воскресеньям и никогда по ночам. Но даже если к нему пришли гости, почему же он не впустил их? Он же был дома, она своими глазами видела, как он вернулся — правда, на час позже, чем обычно.
Один из стоявших в коридоре мужчин начал поворачиваться. Фрау Шиллер бесшумно прикрыла дверь. Она была озадачена. Где же доктор Шаффер?
Фрици, судя по его негромкому рычанию, тоже задумался над этим вопросом.
Как только прозвучал телефонный звонок, оба застыли на месте — лишь крутили головами, наподобие диких животных, пытающихся уловить, откуда тянет запахом хищника.
А «блэкберри» снова запищал. К счастью, в сводчатом подвале было трудно сразу определить место, где находился источник звука.
Но третий сигнал, конечно, выдал бы Лэнга, как и любая попытка выключить эту поистине адскую штуковину.
Выбора у него не оставалось. Нужно было действовать.
Первым!
Он выкатился из гроба, держа обеими руками тяжелый «дезерт игл», напряг локти, приготовившись к мощной отдаче, и выстрелил.
Глушитель, прикрепленный к дулу, спас Лэнга от оглушительного грохота, каким должен был сопровождаться выстрел патроном такого большого калибра в тесном помещении. Раздались лишь два хриплых, похожих на плевки, звука. Человек, находившийся слева, вздрогнул, когда череп, оказавшийся совсем рядом с его головой, взорвался, словно ручная граната, обдав осколками его шею и лицо. Он вскрикнул от боли и неожиданности, повернулся и собрался стрелять.
