Однако опасения Эйдриен не оправдались. Звякнул колокольчик, возвещая о приходе лифта, двери с бряцанием разъехались, и мгновением позже послышалось жужжание троса – лифт опускался на первый этаж. Девушка шагнула вперед, но Дюран остановил ее, шепнув:
– Не торопись, давай выждем.
Казалось, они стояли так, притаившись, еще довольно долго. А может, только казалось: когда находишься в полной темноте, секунды превращаются в минуты, минуты – в часы и время замедляется. В боку – там, куда ударил громила, – болело. Эйдриен все же старалась не думать о боли и том, как Медведь направил дуло пистолета ей в голову. Хотя то и дело в памяти возникали его слова: «Тебе не будет больно». Вдруг ей пришло в голову, что по логике вещей сюда давно должна была прибыть полиция. Кто-нибудь наверняка что-нибудь слышал и вызвал полицейских. Но копы все не появлялись. Интересно почему? Или те двое в номере Дюрана и впрямь были полицейскими? Эту мысль Эйдриен сразу отбросила: «Нет, ни один коп не сделает того, что сделал громила. Они – убийцы чистой воды». Снова вспомнились слова Медведя: «Тебе не будет больно». И Эдди…
Как ни старалась Эйдриен выкинуть из головы то, что случилось с Бониллой, ничего не получалось. Перед глазами вновь и вновь вставала картина: он лежит на полу, а в уголках рта розовеет кровавая пена… И все из-за нее. Зачем ей вообще взбрело в голову приходить сюда? Как она могла бросить его, не пощупав пульс, не позвонив в Службу спасения? «Может, Эдди еще жив, – тешила себя бесплодными надеждами Эйдриен. – Ведь может же такое быть?» И тут же себе отвечала: «Нет, он точно мертв. В него выпустили пять пуль. Прострелили навылет: и грудь, и спину». Теперь она осталась одна, сама за себя, и прячется здесь вместе с психопатом, который уничтожил Никки. И спас ее.
С верхних этажей в мусоропровод бросали мешки с отходами, и эти звуки не столько пугали ее, сколько наводили на мысль о параллельной вселенной за дверью. О мире, где обычные люди занимаются обыденными делами. В то время как она здесь…
– Пора. – Дюран по-прежнему говорил шепотом.
Они вышли в пустой коридор и огляделись. Никого. Эйдриен проследовала за своим спутником к лестнице, и они, как ни странно, направились вверх, вместо того чтобы идти вниз… Ей не оставалось ничего другого, как слепо довериться своему недавнему противнику, и теперь они вместе поднималась по ступеням. Поднявшись на девятый этаж, беглецы оказались перед двойной дверью с надписью «Спортклуб».
В зале оказалось почти пусто, если не считать мужчины в мокрой от пота серой футболке, накручивавшего педали на велотренажере, уставившись в телевизор. Он на секунду отвлекся от какой-то захватывающей телепередачи, озадаченно взглянул на вошедшую парочку и тут же снова вперил взгляд в экран, явно не желая замечать незнакомцев с их проблемами. Дюран, не скрывая разочарования, отметил:
– Обычно здесь полно народу. Я надеялся… Ладно, уходим.
Схватив со стеллажа у двери полотенце, он смочил его питьевой водой, что била тонкой струйкой из фонтанчика на стойке, и протянул Эйдриен.
– Вытрись. У тебя весь лоб в крови.
Та яростно потерла лицо, взглянула на бурые размывы на полотенце и швырнула его в корзину для белья. Мгновением позже они опять были в коридоре, и Эйдриен спросила тоном, не терпящим возражений:
– Куда ты меня ведешь?
– Надо выбираться отсюда, – ответил Дюран. – Он точно еще в здании.
Поборов искушение бросить здесь этого свихнувшегося психотерапевта и бежать, Эйдриен осталась: попробуй найди его потом. Нет уж, свою главную добычу она отпускать не собиралась.
– Этот громила наверняка следит за вестибюлем, – предположила она.
– Тогда пошли спустимся по лестнице: я знаю запасной выход на первом этаже, – сказал Дюран и направился к дверям.
– А если он как раз там нас и поджидает?
Доктор колебался.
– Тогда давай поедем в лифте.
– Что-то мне это не нравится.
– Ладно, у тебя есть монетка? – с усмешкой пробормотал спутник.
Эйдриен покачала головой.
– Тогда сама выбирай.
После недолгих раздумий она решила:
– Слушай, в вестибюле на первом этаже есть ведь пункт охраны, точно? И народу там всегда полно. Давай рискнем.
Она протянула руку и решительно нажала кнопку вызова лифта. Хотя когда пальцы коснулись металла, ее точно электричеством пронзило – так было страшно. Лифт остановился тремя этажами ниже, как раз на этаже Дюрана. Сердце Эйдриен екнуло, казалось, она с ума сойдет от ожидания. Наконец двери разъехались, и перед беглецами возник прыщавый подросток из службы доставки пиццы «Домино», сжимавший в руках саморазогревающуюся коробку. Шагнув в лифт, парнишка взглянул на Дюрана и прислонился к стене, досадливо качая головой:
– Доставил три пиццы – и получил монетку в пятьдесят центов. А столько нервов…
– Куда едем?
Престарелый джентльмен едва успел выйти из такси и ступить на парадную лестницу многоквартирного дома, где жил Дюран, как двое беглецов забились на заднее сиденье автомобиля. Будто это было не такси, а последний вертолет из Сайгона.
– В полицейский участок, – на одном дыхании проговорила Эйдриен.
