Не замечая и не понимая, разумеется, того, о чем старик думает, Тихон подробно излагал факты. А они были скупы и собирались им в течение двух последних часов до приезда к Бергу из разных источников. Итак, Вика пришла на работу и сразу занялась документацией. В бухгалтерии они говорили (сказала Ирочка, бухгалтер) о Вивьен Вествуд и о том, до какой степени кошмара может довести себя безобразная старуха, автор идеи носить одежду швами наружу. В беседе высказывался интерес, снимает ли она рожки перед совокуплением, или же ее партнеров заводит сам факт обладания бесовщинкой. Потом разговор зашел о духах, потом о Владимире Владимировиче Маяковском (вспомнила Фаина, бухгалтер), потом Ирочка вспомнила, что знает еще одного Владимира Владимировича, Преснякова, Фаина не пожелала выглядеть отсталой и намекнула на Набокова (вот, оказывается, кто если и не читал, то хотя бы знал о существовании Набокова!) — в общем, собеседование выглядело как одновременная работа нескольких настольных радио. Говорили о чем угодно, но только не о финансовой отчетности. Через четверть часа после того, как начался диспут, в бухгалтерию зашел Лукашов и сказал, чтобы недельный доклад по бухгалтерии был перенесен на час. К нему приедет важный гость, что, как поняли сотрудницы финдепартамента, несколько важнее. И почти сразу выложенный на стол рядом с кипой бумаг Викин мобильник вдруг разволновался и стал ползать по столу с нудным стоном. Она, не отрывая глаз от бумаг, приложила трубку к уху, сказала: «Да?», потом: «Да…», вслед за этим почти крикнула «Да!», вскочила вдруг и бросилась к выходу. В дверях что-то вспомнила, вернулась, схватила телефон, сумку и вышла. Все произошло настолько неожиданно и быстро, что ни Фаина, ни Ирочка не успели полюбопытствовать, в чем, собственно, дело. Фаина потом говорила Куртееву, производившему частное дознание по долгу службы, что если бы и было время для расспросов, то она и Ирочка все равно бы молчали, потому что начальнику, то бишь Вике, отчитываться перед подчиненными не в цвет. «И что было дальше?» — спросил подуставший Берг. «Вообще, я рассказываю по порядку, — огрызнулся Тихон. — Из этого следует, что „дальше“ появляется сразу, как заканчивается последнее слово. Если под „наиподробнейшим образом“ вы имели в виду что-то другое, то вам следует меня известить об этом». «Я говорил вам — перестройтесь вправо, — сказал Берг. — Теперь удастся свернуть только на Самотечной». Когда Вика не пришла к обеду, финансовый департамент заволновался. Оставшись за финдиректора и непонятно куда исчезнув, Виктория Золкина парализовала процесс перечисления денежных средств. В том числе и по срочным возвратам кредита. Если бы не последнее обстоятельство, ее бы никто не стал искать до утра понедельника. Но дело требовало подписи руководителя. И тогда Фаина, обозначив себя от рядового состава старшей, прибыла на разведку к вице-президенту компании «Регион» Антону Потылицыну. Обычно такое не практикуется, поскольку нет более топорного способа подставить своего непосредственного босса, чем прийти к своему боссу прямому и заявить об отсутствии первого. Тем более что в Вике, как в представителе экзекьютива, подчиненные души не чаяли. Но обстоятельства требовали объяснений, поскольку те же обстоятельства прямо указывали на то, что в понедельник, когда станет известно о просрочке платежей, тот же вице-президент начнет резать ремни из виновных. В общем, натянутое непонимание к четырем часам вечера у всех переросло в недоумение, а к пяти в обеспокоенность. Домашний телефон Вики не отвечал, а на ее мобильном висела какая-то девка и уверяла, что абонент отключил связь. На всякий случай идиотка «хьюман ресорсез» по собственной инициативе обзвонила больницы и морги, а когда стало ясно, что и там Вики нет, президент велел запереть парадный вход и запасные двери на ключ. И лишь Тихон, который приехал в офис как раз к закрытию (он был в мэрии по поручению президента), не сидел на месте и не ждал возвращения Вики. И странное отсутствие Вики он воспринял наиболее взволнованно не только по известной причине, но еще и потому, что «Кайен» его девушки стоял там, где она оставила его по прибытии на работу, — на парковке за «кирпичом» с пояснительной надписью «Кроме сотрудников ООО „Регион-билдинг“.» Переговорив с Лукашовым (Берг его хорошо знает), Тихон тотчас отправился к профессору — по его, Лукашова, указанию. Президент «Регион-билдинг», как выяснилось, знает профессора ничуть не хуже. Присутствие в компании старика было важно не только по известной причине, но еще и потому, что Берг был, наверное, единственным человеком в Москве, который с первого взгляда мог сообразить, что происходит в компании. А в компании явно что-то происходило. «Почему ты так думаешь, Куртеев?» — подозрительно спросил Берг, вяло разворачивая к Тихону лицо с сияющими очками.
