Вурсак Антон
Синдром Мартина Брауна
Имя, которое может быть названо, не есть постоянное имя.
(ДАО ДЭ ЦЗИН)
Синдром Мартина Брауна Столбцы текста, возвышающиеся как гигантские черные небоскребы, все немыслимое переплетение логических связей, похожее на паутину узловатых голых ветвей за окном. Дождь. Вечный, пожирающий душу своим ненавистным постоянством. Строки на экране расплываются и наползают одна на другую, амфетамин, смешавшись с медлительной холодной кровью в жилах выжигает человека изнутри. Мартин изо всех сил ударил по клавише Enter, переполняющее его отчаянье уже не могло удерживаться внутри и изливалось в пустой, обезображенный безжалостным осенним светом воздух. Мир - тюрьма, причем несредневековая, которую представлял себе бедняга Гамлет, а самая настоящая, современная, со множеством камер, пропитанных воздухом безысходности и десятками заключенных-извращенцев и садистов надзирателей. Впрочем Интернет не лучше. Глупо пытаться сбежать от жизни в инфопространство, все, созданное человеком носит печать бессмысленности и обреченности. Иерархические отношения, существующие в человеческом стаде прекрасно переносятся в глобальную сеть. То же самое касается и всего остального - пошлость, тупость, пустота. И более всего одиночество одиночество души, безжалостно выброшенной в гигантский человеческий отстойник.
Мартин понял, что его эксперемент, поставленный над собственной судьбой, окончен. Три месяца назад он бросил всю свою жизнь - спустил в клозет и захлопнул крышку. Были-ли у него причины? Наверное были, впрочем не больше, чем у кого-либо другого. Работа смотрителя маяка оказалась как раз тем, что нужно.
Только компьютер, подключенный к сети продолжал связывать его с остальным миром.
Сотни часов перед тускло светящимся монитором. Он завел себе новых друзей, выстроил новую систему ценностей. Раз в неделю приходила лодка с едой, раньше он не упускал случая распить по бутылочке пива с тем человеком, который приезжал в этой лодке. Кажется его звали Питер. Потом его общество стало раздражать Мартина. Разговор становился раз за разом все медленнее. В один из дней Мартин поймал себя на том, что хочет спрятаться где-нибудь на острове и дождаться, пока тот уедет. Еще через две недели он так и сделал. Жизнь в сети захватила его полностью, забрала все время и душевные силы, ему казалось, что он очутился в идеальном мире. Понадобилось всего несколько недель, чтобы на идеально ровной, зеркальной поверхности этого мира появилась трещинка, чтобы он начал медленно крошиться о осыпаться, чтобы оказалось очевидно, что это все то же дерьмо: С таким же успехом можно было попытаться стать сельским жителем, завести себе пасеку и выращивать чертовых пчел: Мартину очень хотелось ударить кулаком по экрану, но он удерживал себя от этого. Физическая боль прошла бы через несколько минут, она могла заставит забыть, но очень ненадолго. Очертания предметов выступали с омерзительной ясностью, словно издеваясь над ним, пытаясь раздавить своей осязаемостью и материальностью. И вдруг на краю стола, словно из сгустившегося воздуха возникла фигурка какого-то существа. Это существо было не больше 15-16 дюймов ростом и до странности походило на гномика из детских сказок. Только лицо гномика было не розовощекое и добродушное, а наоборот, мрачное и презрительно ухмыляющееся. Одет он был в светло-коричневый жилет, штанишки из какой-то черной ткани, а на груди у него висела каменная фигурка какого-то жучка на толстой золотой цепи. Учитывая то, что Мартин не спал вот уже трое суток и принял приличную дозу наркотика, такого рода гномики не могли его очень удивить. "Надо бы у него спросить, где он припрятал свой мешочек с золотом"-подумал Мартин, эта,в сущности абсурдная ситуация, крайне забавляла его. И тут гномик произнес противным гнусавым голосом - "Нет тут ничего смешного, макака, ты, по крайней мере, представляешь из себя гораздо более забавное зрелище." Мартин сделал жест рукой, будто прогоняя назойливое насекомое. Он был абсолютно уверен, что его пальцы пройдут сквозь плоть существа, как через воздух, но его рука встретила вполне материальную преграду:
Гномик покачнулся, едва не свалившись со стола, и злобно щелкнул зубами. - "Да настоящий я, проклятое ты млекопитающее, неужели ты настолько тупой, что так еще и не понял, кто я!" "Ну и кто же ты"неуверенно проговорил Мартин, в душе сознавая, что разговаривать с галлюцинацией - занятие абсолютно бессмысленное.
