Тимофей вздрогнул – до сих пор голос, твердивший ему это, был подсознательным, мысль, хотя и назойливой, но едва осознанной. И вот сейчас впервые он позволил ей сформироваться в сознании. И, прозвучав явственно, она поразила его своей силой, но и добавила удовольствия.
– И тебе тоже будет нравиться, что я буду вытворять с тобой, – Тимофей с наслаждением вытянулся в кресле. Он накануне завершил составление новой программы обработки подсознания Ариадны, записал на флэшку и передал ей. Завтра в течение дня можно будет взглянуть на результат…
Энергия у Ариадны била через край – она готова была разразиться смехом или вдруг разрыдаться ни с того ни с сего. Она вечером опять отказала Тиму, сославшись на то, что к ней после работы должна заглянуть хозяйка квартиры, чтобы получить деньги за аренду и проверить, насколько ей, Ариадне, удается соблюдать чистоту и порядок. А у нее с последним как раз были проблемы – за все время она ни разу не отодвигала мебель, чтобы хотя бы пропылесосить под ней. Да и в шкафах следовало разложить вещи более аккуратно.
Тим гневно поджал губы, но ничего не сказал в ответ – раз надо, так надо. Он опять не понимал – почему она никак не прореагировала на запись. Ариадна просмотрела флэшку, которую он отдал ей вчера, в этом он более чем был уверен – та торчала в ноутбуке, когда он пришел на работу. Ариадны в кресле, правда, не было, она, скорее всего, пила кофе с Региной – это тоже вполне предсказуемо. На записи было две установки: одна – пить кофе, вторая… Может, что-то не так со второй установкой? Но проверить ее было не на ком. Оставалось только ждать, как Ариадна поведет себя в течение дня и вечером. Но она нашла пустяшную, на его взгляд, причину и ушла от него. Ее поведение совершенно не так было запланировано…
– Раз я знаю, что ты придешь, я могу ждать тебя сколько угодно, – проговорила Ариадна, поглядывая на телефон, который молчал весь вечер.
Чтобы занять себя хоть чем-то, она, как и сказала Тиму, наводила порядок в квартирке, где два раза махнула тряпкой – и чистота. А с порядком в шкафах все оказалось гораздо сложнее, но неистребимая оптимистка она и каждой вещи нашла свое место.
– У тебя настоящая страсть к жизни, – как-то сказал ей Филимон. Он поражался тому, что Ариадне достаточно было прогуляться, чтобы оставаться в добром расположении духа, испытывать простые радости и довольствоваться утехами, что преподносила ей жизнь.
– Это потому что я находилась в спячке долгое время, а теперь проснулась и пытаюсь наверстать упущенное, – рассмеялась она ему в ответ.
– Нет, – покачал он головой в ответ, – все совсем не так. Ты даришь свой огонь, энергию тем людям, которые находятся рядом с тобой. Кто-то зажигает огонь, чтобы согреться и согреть тех, кто рядом, кто-то освещает путь себе и тех, которые идут вслед за ним, как Данко. А кто-то разжигает огонь, чтобы спалить и себя, и тех, кто ему дорог. Чувствуешь, какие разные цели?
– И какая же цель у моего огня? – спросила она изумленно.
– Я еще точно не решил, – важно заметил Филимон, – но точно не последняя…
Ариадна вытерла руки о надетый на нее фартук и схватила зазвеневший телефон.
Звонила Чараева Татьяна.
– Ариадна, – произнесла она грустно, – не хочу вас расстраивать, но у меня для вас две новости и обе плохие. Первая – у Филимона на объекте что-то произошло, они с Валериком и прокуратурой пытаются разобраться с ЧП. Вторая…
Вторая новость была не такой интересной и уж тем более плохой, чем первая. Ариадне было абсолютно все равно, что еще такого плохого может сообщить ей Татьяна – она переживала за Филимона, и, конечно же, расстроилась, что он не придет.
– Вы с вашим нынешним работодателем давно знакомы? – неожиданно спросила Татьяна.
– Мне кажется, что я вам говорила об этом, – растерялась Ариадна, ее мысли совершенно было далеки от этого. К тому же последнее время про Тима ее непрерывно кто-то спрашивал, интересовался им. Она уже и не помнила дословно, кому и что про него рассказывала.
– Напомните еще раз, – попросила ее Татьяна.
– Со студенчества, – четко произнесла Ариадна. – Мы с ним учились в колледже на одном потоке, часто сидели за одной «партой», простите, столом. Он списывал у меня. После выпускного и получения дипломов я не встречалась с ним ни разу до последнего момента. После того, как меня уволили из нянь, я стала у него работать.
– А отношения? – не унималась Татьяна. – Простите, какие у вас с ним были отношения? Близкие?
– Что лично вы вкладываете в смысл слова «близкие»? – обиделась Ариадна. И почему все пытаются заглянуть к ней в постель? Она же не маленькая девочка, чтобы контролировать каждый ее шаг.
– Насколько вы были с ним близки? Меня мало интересует, спали вы с ним или нет. Мне интересно знать, был ли вхож Тимофей Кузнецов в ваш дом.
– Нет, – уверенно произнесла Ариадна и тут же задумалась.
