История девочки Алины, страдающей с рождения синдромом Ангельмана. По другому эту болезнь называют Синдромом Петрушки. Это генетический дефект, вызывающий помимо задержки умственного развития еще и беспричинный смех.
Тамара Ивановна со своей дочерью Алиной, которой было всего 5лет, торопились на Варшавский железнодорожный вокзал в Санкт-Петербурге. У них на руках были билеты в Минск. Они решили выехать на вокзал пораньше и заказали такси за три часа до отправления поезда. На то были веские причины. Дело в том, что Алина страдала синдромом Ангельмана. По другому эту болезнь называют синдромом Петрушки.
Это генетический дефект, его основные симптомы – задержка умственного и физического развития, хаотичные движения, беспричинные улыбки и смех. Но несмотря на все трудности, Алина обладала сильной волей духа и была очень жизнерадостным ребенком. Тамара Ивановна надеялась, что куда они едут, им обязательно помогут.
В Минске в Крупном медицинском центре Алине предстояло пройти лечение. Когда они прибыли на вокзал, поезда ещё не было на платформе. Они уселись в зале ожидания и стали ждать. Чтобы не вызвать неправильную реакцию окружающих на Алину, Тамара Ивановна дала ей журнал с детскими картинками. Не прошло и пяти минут, как у Алины начался приступ. Сначала она хаотично перелистывала журнал, а потом разразилась смехом на весь зал. Рядом сидела семейная пара с девочкой десяти лет. Она вначале тоже смеялась и улыбалась Алине, а когда смех Алины стал становиться громче и непрерывестее, перестала улыбаться, подошла к Алине и сказала сердито – "Что ты смеёшься, как дура?" Тамара Ивановна посмотрела на родителей девочки и взглядом дала понять, чтобы они угомонили свою дочь. Она дала себе слово, что никогда ни перед кем не будет оправдываться за болезнь своей дочки. Наконец объявили посадку и Тамара Ивановна с Алиной вошли в поезд. С ними в купе ехала пожилая женщина, которую провожал ее сын. Сын попросил присматривать за его матерью, так как у нее полная глухота в следствии постковидного осложнения. Выяснилось, что женщина, которую звали Зинаида Афанасьевна, тоже направлялась на лечение, но не в Минск, а дальше в Польшу. "Можете не беспокоиться, я присмотрю за ней до Минска, а дальше попрошу кого-нибудь другого. Мир не без добрых людей"– ответила Тамара Ивановна.
После ужина Алина уснула и Тамара Ивановна, долго глядя на свою любимую и красивую как ангелочек дочь, тоже заснула.
Зинаида Афанасьевна вообще была божьим одуванчиком и создавалось такое впечатление, как будто ее и нет. Хлопот она никаких не доставляла. Наступила ночь. Поезд шел в ритм постукивая колесами. Прохлада и тишина создавала таинственный дух, в котором хранилась надежда больных на выздоровление. Среди ночи Алина,сквозь сон, стала подергивать в стороны своими маленькими ручонками. Тамара Ивановна обняла свою дочь, поцеловав ее в лоб, успокоила малышку. Заснуть она больше не смогла. Мысли и переживания за свою дочь не давали ей уснуть. В такие минуты она всегда молилась Богу. Слезы выступили у нее на глазах. Тамара Ивановна винила себя за болезнь дочери. Она не была замужем, а отца Алины она видела всего два раза в самом начале их встреч. После последней ночи, проведенной у нее, он бесследно исчез и больше в ее жизни так и не появился. Когда Тамара Ивановна поняла, что беременна, ее охватило сильное переживание. Как она будет растить ребенка, одна, без мужа? А потом успокоилась и сказала себе – "Я в ответе за себя и теперь буду отвечать за нас двоих. Что бы ни случилось, я никогда не оставлю своего ребенка в беде!"
С мокрыми глазами она заснула.
Яркий луч солнца сквозь ряды деревьев, стоящих вдоль пути, словно стражники, поцеловал нежные закрытые глазки Алины и она проснулась. "Мама, я хочу писать"– тихо шепотом, на ушко шепнула Алина. Тамара Ивановна проснулась и повела ее в туалет.
Когда они находились в туалете, поезд остановился. На станциях всегда двери туалета блокируются и на этот раз произошло тоже самое. Алина стала плакать и просить, чтобы мама открыла дверь, но ничего не получалось. Дверь была блокирована электронным замком.
Наконец, поезд тронулся и дверь благополучно открылась. Когда они вошли в купе, то удивились, что Зинаиды Афанасьевны там не оказалось. Не было также и ее вещей. Тамара Ивановна спросила у проводника – "Куда делась женщина?" Проводник ответил – "Она вышла на станции, так как она утверждала, что уже приехала и дальше ехать не собирается." Как так, подумала Тамара Ивановна, ей же ехать в Варшаву. Почему она решила не ехать дальше? Поезд тронулся. Тамара Ивановна чувствовала свою вину, так как обещала ее сыну, что присмотрит за ней и не углядела. Что же делать? Нужно было хотя бы взять координаты ее сына, чтобы сообщить о случившемся. Хорошо, что у проводника были ее данные и он пообещал, что милиция найдет несчастную женщину. Тамара Ивановна продолжала себя корить, но вскоре успокоилась и решила сосредоточиться на своей дочери. Они уже прибывали в Минск, который встречал их проливным дождем.
