Ольга и Данил едут на юг, спасаясь от зловещего События, которое вскоре должно поставить крест на обычной жизни людей. Данил получил предупреждение свыше, поэтому они успели вовремя сделать все приготовления. Однако мистического откровения не всегда бывает достаточно для того, чтобы обмануть судьбу…
Вот он берёт двадцатилитровую канистру и направляет в её жерло поток девяносто пятого фирменного, заполняет её доверху, зажимает рычаг и подносит заправочный шланг к следующей, наблюдая как пустота покидает новый сосуд. Нахмурясь, цепляет шланг на уготованное ему место, выверенными лаконичными движениями завинчивает крышки, несёт бензин к багажнику и водворяет там, сзади, в пространстве между консервами, упаковкой минеральной воды, пакетом с гигиеническими принадлежностями и прочими припасами, которые помогут им пережить Событие.
Сей муж – Данил, её законный супруг, выведший их из дома слёз и скорби. Да что там! – смерти. Ибо на месте их уютного домика на окраине Горловки ныне груда развалин, и по двору, некогда зелёному и тенистому, разбросаны осколки. С какой стороны был выпущен тот злополучный боеприпас, так и не установили, и Ольге меньше всего хотелось это выяснять теперь, спустя годы спокойной жизни.
– Па, папа, ты скоро?
Ярик заёрзал, пытаясь оттянуть ремень безопасности в детском кресле.
– Сынок, не отвлекай отца.
– А мы скоро приедем?
Ольга сверилась с навигатором.
– Скоро, Ярослав. Через часик уже приедем. Потерпи.
Надо было дать ему размяться, воспользовавшись остановкой. Но тогда он обязательно захочет что-то вредное и дорогое, в изобилии расставленное на полках заправочного маркета. А она не сможет купить, потому что все расходы давно учтены наперёд, по копеечку. И в списке того, что нужно взять с собой, нет места красиво упакованным сладостям. Ничего, посидит. Скоро уже Горячий Ключ.
Звонок. Это хозяин домика, который они забронировали онлайн. Да, подтверждаем, всё в силе. Да, к условленному времени, если ничего не помешает. Но ничего не должно помешать. Очень хорошо, как только будем подъезжать, сразу же его наберём. До связи, да.
Она отключилась, вернула телефон в бардачок и повернулась к мужу. Данил, приопёршись на водительскую дверь, щурясь в ухмылке, наблюдал за ней. Убедившись, что жена закончила разговор, устроился на сиденье и пристегнулся.
– Надо было предупредить тебя, что мы опоздаем на полчаса.
Ольга удивлённо вскинула брови:
– С чего вдруг? По карте меньше часа пути.
Он пожал плечами:
– Сама увидишь.
Она не стала спорить, только потрепала Ярика по соломенной шевелюре. Он захихикал, демонстрируя зияющий проём на месте первой выпавшей пары зубов. Скоро пойдёт в первый класс. Она мысленно осеклась – должен пойти в первый класс. Но пойдёт ли? Или жизнь после События не предполагает больше никакой школы?
Пробка началась сразу на выезде из Краснодара. Обочину встречки до самого горизонта занимала колонна военной техники, и хотя дорога на юг была свободна, движение было сильно затруднено. Причина выяснилась примерно через двадцать минут – на передвижном посту автоинспекции было скопление машин, суета и дорожный паралич. Что-то случилось, или должно случиться, или должно быть предотвращено – как бы то ни было, их порядком нагруженное авто патруль не заинтересовало. Когда они вместе с потоком машин миновали пост и стали разгоняться, Данил улыбнулся и победно посмотрел на неё. Ольга тоже улыбнулась и положила ладонь на его руку, покоящуюся на рычаге переключения скоростей.
Ну да, а как иначе. Он снова предвидел. Впрочем, что есть пророчества и вещие сны, как не дитя священного брака интуиции и кропотливого анализа повседневности? «Скалли, ты опять за своё» – в шутку бурчал на неё Данил каждый раз, когда слышал нотки скепсиса в ответ на свои прогнозы. «Малдер, ты снова всё подстроил» – наиграно смеялась она, потирая мелкие светлые волоски на предплечье, снова встопорщившиеся от того, что его пророчество сверхъестественным образом сбылось.
Серая мокрая трасса погрузила её в воспоминания. Дорога, как тогда, в четырнадцатом, только больше полос, лучше асфальт. Но небо такое же: свинец и проблески сини, микс грядущих бед и надежд.
Почему она поверила мужу тогда, в феврале? Что двигало ей, когда она, как послушная марионетка, бродила по дому, пакуя вещи? Свекровь покрутила пальцем у виска, отец махнул рукой – придурошные. Почему согласилась на продажу, считай за шапку сухарей, чтобы потом три года как в страшном сне, на съемных квартирах, в постоянной беготне по кабинетам миграционки, в поисках работы, в поисках у кого одолжить, чтобы отдать уже занятое.
Потом стало налаживаться. Дали гражданство по упрощёнке, дальше официальное оформление, белая зарплата, Ярик родился. Присмотрели квартиру в ростовской новостройке. Полноценную двушку, не евро. Ярику же нужна будет своя комната. Вечером лежали, обнявшись, и болтали, что хватит платить дяде за съемную, лучше уж банку, но за свою. Пакет документов был собран, встреча для подписи с менеджером агентства по недвижимости назначена на десять.
