Молли оказалась ленивейшей представительницей своего вида. То ли снотворное на неё подействовало самым странным образом, то ли она просто уродилась такой, но, когда все её собратья обшаривали городские амбары в поисках пропитания, мышиная принцесса переворачивалась в кроватке, подставляя бока первым лучам солнца.
─ Ваше Высочество! Завтрак подан!
Расстелив салфетку, я положила кусок хлеба, морковку и попыталась сообразить, куда налить молоко. Фарфоровая чашка являлась для зверя не посудой, а ванной.
─ Ты тут начинай, а я быстро.
И вновь нелёгкая понесла меня на кухню.
─ Жаклин! Дай блюдце! И…
Мой энтузиазм иссяк, когда на пороге появилась Елена. Утро сразу перестало быть добрым, питомец забавным, а будущее светлым. Вот умела же эта дрянь испортить настроение одним приходом.
─ Мне сок.
Барби уселась за стол и сладко зевнула. Надо же спустилась с пьедестала! А я-то думала, что мы завтракаем только в столовой!
─ Как всем спалось?
Жаклин открыла рот, размышляя, с чего это Бражкина стала такой заботливой, а вот я поняла всё сразу. Домоправительница потёрла виски.
─ Голова болит, словно всю ночь пиво пила.
Значит, ей тоже подсунули эту гадость! Пришлось и мне скривиться.
─ А я чувствую себя так, словно снотворным кто опоил.
Елена побледнела.
─ Видимо, погода меняется.
─ Ага. ─ Схватив со стола огромное яблоко, я откусила здоровенный кусок. ─ В обед снег обещали. Так прям и сказали. В связи со сменой погоды у населения возможны головные боли.
Получив свой сок, Барби поспешила перевести разговор на другую тему.
─ Даже не знаю, в какой из спален оборудовать детскую.
─ Могу уступить свою.
Глаза Елены заблестели.
─ Что? Ты согласна переехать в интернат?
Я чуть яблоком не подавилась.
─ Ещё чего. Переберусь в подвал, в тот самый, где папочка своих жён закапывает.
─ Что? Что ты такое говоришь? ─ Барби отодвинула стакан и с ужасом уставилась на меня.
Развалившись на стуле, я широко улыбнулась.
─ Ты слышала про герцога по имени Синяя Борода? Так вот. Он не вымышленный персонаж. Он жил на самом деле, тут, во Франции, в этом самом городе,─ я понизила голос, ─ в этом самом доме. Душа проклятого извращенца вселяется в каждого владельца особняка. И тогда…
Я наблюдала, как щека красотки нервно задёргалась.
─ Извращенец, говоришь? ─ Она будто вспоминала что-то или сопоставляла известные только ей факты.─ И что? Он убивает своих жён?
Вот до чего же непонятливыми бывают красавицы. Правду люди говорят. Мозг ─ не брови. Ели его нет ─ карандашом не нарисуешь.
─ Ну да. Жён, любовниц. Понимаешь, это сильнее его.
─ Да, да. В последние пять лет тут, в благополучной Франции, постоянно пропадают красивые женщины. А потом их трупы находят… Стой! ─ Барби подозрительно прищурилась. ─ Потом обезображенные трупы находит полиция. А ты говоришь, твой отец прячет их в каком-то подвале.
Да, нестыковочка получилась. А так всё хорошо начиналось.
─ Сначала он их закапывает, потом выкапывает. Разве действия одержимого поддаются логике?
─ И… как он их убивает?
Я хохотнула.
─ По-разному. Но чаще всего с девушками приключаются нечастные случаи.
Я была готова посмеяться над собственной шуткой, но Елена восприняла всё серьёзно.
─ Да, да. Всё именно так. Я должна съездить кое-куда. Ненадолго. Скоро вернусь.─ Поднявшись из-за стола мадемуазель Тонкие Ножки засеменила прочь.
Жаклин покачала головой.
─ Ты напугала бедняжку до обморока. Видела, как коленки у неё дрожали?
─ Думаешь, теперь она оставит нас в покое?
Женщина пожала плечами.
─ Да кто её знает!
Решив одеться для пробежки, я пошла к себе.
─ Если тебе так нужны эти фотокарточки, приезжай и ищи их сам. А я ни минуты не останусь в этом проклятом доме. И замуж за извращенца сам выходи. Ты ничем от него не отличаешься.
Я не стала подслушивать дальше. Главное свершилось. Мадам Совершенство покидала нас навсегда.
Лёгкий костюм, кеды, и я вновь стояла в холле, готовая к спортивны подвигам.
─ Жаклин! Я на пробежку!
Позади послышался шум. Милая Елена спускалась по лестнице, волоча за собой огромный чемодан. На минуту она остановилась, подпрыгнула на ступеньке и завизжала:
─ Мы-ы-ышь!
То, что произошло дальше, поплыло, как в замедленном кино. Не удержавшись на высоченных шпильках, барышня взмахнула руками, сделала головокружительный пируэт в воздухе и, опустившись на четвереньки, скатилась к подножью лестницы.
Мы замерли. Я с ужасом смотрела на Барби. Та лежала на боку в неестественной позе, подкатив глаза.
Жаклин прикрыла рот ладошками.
─ Святая Дева Мария! Нужно позвонить врачу.
Следующий час, забившись в угол, я, как во сне, наблюдала за медицинскими работниками, пытавшимися реанимировать несостоявшуюся мачеху. Весь ужас заключался не в их манипуляциях, а в том, что смерть опять пронеслась рядом, задев меня ледяным крылом. Я не желала Елене той самой смерти, видит Бог. Просто хотела, чтобы она покинула этот дом. И вот она покидала его на Карете Скорой Помощи.
Приблизившись к доктору, я тихонько спросила:
─ А ребёнок? Он не пострадал?
─ Ребёнок? ─ пожилой мужчина снял очки и окинул меня усталым взглядом.
─ Да. Крохотный нерождённый ребёнок.
