Е. М. Алексеева («Наука и жизнь» № 1, 1976, с. 122) сообщает, что нижняя часть стен окрашена в красный цвет. Над этим своеобразным красным цоколем тянется полоса шириной в один метр, имитирующая пестромраморную облицовку и состоящая из чередующихся красных овалов на белом, желтом или голубом фоне, зигзагов и крапинок в кругах. Между ними нарисованы колонны с капителями, над орнаментальной полосой изображена драпирующаяся в складки ткань с бахромой и кистями, на которой воспроизведены, вероятно, маски. Еще выше серия рисунков, иллюстрирующих подвиги Геракла.
Геракл был необычайно популярен во всем античном мире и особенно почитался в азиатской части Боспора. В росписях анапского склепа Геракл убивает немейского льва, сражается с лернейской гидрой, ловит эримантского вепря, который опустошал поля Аркадии, приводит в Микены коров великана Гериона, укрощает критского быка, натягивает лук, чтоб выстрелить в двух стимфалийских птиц. (Согласно греческому мифу, стаи этих птиц, имевших металлические перья, нападали на людей и животных, разрывая их своими медными когтями и клювами и осыпая падающими, как стрелы, перьями. Испугавшись Геракла, птицы улетели из Греции к берегам Понта Евксинского.) Мы видим Геракла, совершающего восьмой подвиг (герой с львиной шкурой за плечами поражает придавленного им к земле жестокого царя Диомеда, отдававшего на съедение своим коням-людоедам чужеземцев, корабли которых приставали к берегам его владений), сцены борьбы с амазонкой, которую герой, ухватив за длинные волосы, стягивает с коня или грифона.
Е. М. Алексеева описывает и другие росписи склепа, пока не воспроизведенные в печати. Так, напротив входа в склеп нарисованы сидящие в креслах мужчина и женщина и стоящий перед ними юноша. Здесь же деревья, павлины, черепахи. «Над входом изображены растения, венки из ветвей, пестрые круги и звери: два повернутых друг к другу козла и сцена травли пятнистого оленя двумя собаками. На потолке склепа циркулем очерчен широкий круг, в него вписана шестилепестковая розетка. Круг опоясан пестрой орнаментальной каймой, лепестки раскрашены в разные цвета. По белому фону свода разбросаны гирлянды и лепестки роз» («Наука и жизнь», 1976, № 1, с. 122).
Е. М. Алексеева относит эту роспись к концу II — началу III в. По сравнению со всеми известными до настоящего времени боспорскими расписными склепами первых веков новой эры именно в анапском наиболее полно представлена местная живописная школа. Отдельные детали изображений находят аналогии в росписях ряда пантикапейских склепов и на рельефах надгробных стел. Но в целом композиция с подвигами Геракла пока является уникальной.
Раскопки «Склепа Геракла» были очень трудными. В него постоянно поступала грунтовая вода, и люди работали стоя в ней, а была уже осень. Чтобы спасти фрески, сохранности которых, кроме воды, угрожали и соли, пришлось разобрать каменные блоки и вывезти их из котлована строившегося дома для реставрации и новой монтировки росписей. Это, несомненно, потребует больших усилий и высокой квалификации реставраторов.
Через некоторое время на расстоянии одного метра от этого склепа был обнаружен второй, не менее интересный, каменный склеп, хотя и без настенных росписей.
Второй склеп отличается от первого по своей конструкции. Его погребальная камера, как сообщает Е. М. Алексеева («Природа», 1976, № 3), была вырублена в скальном грунте и засыпана землей. Здесь стояли два саркофага. Они, так же как и саркофаги в склепе Геракла, выпилены из монолитных глыб известняка и закрыты каменными крышками.
В отличие от склепа Геракла, где грабители вынули из саркофага покойников и унесли все вещи и украшения, во втором склепе погребения оказались нетронутыми. После снятия тяжелых крышек археологи обнаружили великолепные золотые бляшки с вставками из бирюзы, золотые обкладки рукояти и ножен кинжала, украшенные бирюзой и гранатами, золотые пластины в виде птиц от деревянной шкатулки, золотой венок со штампованной пластинкой, на которой оттиснуто погрудное изображение Афродиты с Эротом, золотое ожерелье, браслет, перстень с резным агатом, серебряную ложечку, чашу из цветного стекла и многое другое.
Е. М. Алексеева пишет («Вокруг света», 1976, № 2), что в одном из саркофагов были похоронены две девочки. Глаза их закрывали золотые наглазники, рты — золотые нагубники. У каждой из погребенных был золотой венок и золотые нагрудники. В их саркофаге стоял тонко орнаментированный серебряный сосудик. Значительно богаче погребение мужчины во втором из саркофагов. Здесь лежали железный меч и кинжал в деревянных ножнах, покрытых золотым листом, шкатулка, золотые бусы, шейная гривна, браслет, перстни, венки, наглазники, нагубники, обтянутая золотым листом конская упряжь и другие ценные вещи.
Прекрасные стеклянные и бронзовые сосуды археологи обнаружили в нише на полу склепа. Е. М. Алексеева предполагает, что оба склепа принадлежали одной семье, возможно, семье правителя Горгиппии.
