Он весь грязный, пахнет дымом.
– Все будет хорошо, – обещаю я. – Мы справимся.
– Спасибо, – шепотом говорит он, уткнувшись носом мне в макушку.
* * *
В замковом дворе разложили костры. Большим кругом, почти вплотную друг к другу.
Самая длинная ночь.
Сегодня никто не будет спать. Будет музыка и будут танцы.
Угощения на столах и горячий грог. Сегодня экономить на запасах нельзя. Завтра, но не сегодня. Этой ночью люди должны веселиться, радоваться и славить величие хозяина Ормхольма. Только так можно рассчитывать на мягкую зиму и благосклонность богов. Чем сильнее радость, тем больше силы Сандер получит от Камня, это действительно важно.
Важно забыть, хоть на эту ночь, обо всех бедах, всех неудачах, о том, что метели поднимаются снова.
Нужно праздновать и танцевать вокруг костров. Через костры прыгать.
Прошлой зимой все казалось так весело и легко… мы танцевали с Уиллом…
Я знаю, что задумал Сандер на эту ночь, и мне как-то не по себе.
Да, в него можно швырнуть огнем, он может забежать в горящий амбар, но тут… Мне казалось, это слишком.
Я видела, как он готовился.
Безумие.
Зашла вечером к нему, он сидел на полу, у камина, сунув руку в огонь.
– Сандер! – вскрикнула, подбежала, не понимая, что мне с этим делать. Попытаться оттащить?
Он посмотрел на меня, но руку не убрал.
А у меня даже в глазах темнеть начало.
– Сандер, что ты делаешь?!
– Сядь, – велел он. – Все нормально.
И руку все же вытащил. Показал мне. Волосы на руке сгорели совсем, немного потемнели ногти, но в целом… на ладони красные пятна. Я осторожно дотронулась, он вздрогнул, чуть вытянулся.
– Больно? – спросила я.
Сандер как-то неопределенно дернул плечами. Нахмурился.
– Знаешь… – облизал губы. – Если просто в огонь, то нормально, вот так, по верхам, – он снова провел рукой над огнем. – Я чувствую, как пламя касается кожи, но боли совсем не чувствую. Тепло, легкое покалывание. И так можно держать долго, не остается никаких следов. Я могу пробежать сквозь огонь, и мне ничего не будет. Могу получить огненным шаром в грудь… таким, посильнее твоего. Мы тут пробовали с Тагиром еще… заодно выяснили, что я ему не по зубам. Это хорошо. С Ульрихом я бы не стал, пожалуй.
– Ульрих сильнее тебя?
– Думаю, сильнее, – сказал он. – Даже при всей моей заемной силе от Камня… а я чувствую, что за последнее время сила выросла. Но мериться силой с Ульрихом я бы не рискнул. Его огонь чистый и светлый, мой – начинает сильно дымить на излете, значит, предел гораздо короче. Ульрих осторожен, не станет делать глупостей, не пойдет против короля, даже против меня как-то явно, его болтовня не в счет. Исподтишка бить не станет, это не в его правилах. Но и случая не упустит, если такой случай ему представится. Если сможет ударить наверняка – он ударит.
Я все же потянула его за руку.
– Зачем ты делаешь это?
– Хочу понять, выйдет ли у меня, – Сандер кривовато улыбнулся. – Ты же знаешь, что изначально на празднике танцевали не вокруг костров, а в самом огне?
Меня аж передернуло, нехорошо стало.
– Зачем, Сандер?
– Впечатлить народ, – он усмехнулся. – Чем больше народ любит своего лорда, тем больше силы лорд получает. А мне сейчас очень надо. Ты же видишь, что после того, как мы ходили к Камню с тобой, твари немного успокоились. Благосклонность Камня многое значит. Если я получу еще, то, может быть, твари уйдут совсем… Ну, пусть не совсем, но люди будут жить спокойно. В Данхаре спокойно не потому, что мой дядя так силен, он не намного сильнее меня. Там спокойно, потому что народ его любит и поддерживает во всем. На самом деле, в этом есть немного магии… но по большей части он покупает народную любовь. Раздает хлеб бедным, устраивает приемы и пиры. Он может себе это позволить. Я – нет. Мне нечего раздавать. Все, что у меня есть – это личная дурь. И если я не могу дать хлеба, то, по крайней мере, зрелище я могу попытаться…
– Но ты не уверен, – сказала я. Все же потянула его за руку, вытянула из огня. – Если бы был уверен, не сидел бы сейчас здесь.
Рука горячая.
На шее напряженно бьется жилка.
– Не уверен, – согласился Сандер. – Давай я покажу. Не бойся, сейчас ничего не будет.
Он отобрал у меня руку.
– Пробежать по костру я могу, хоть голыми ногами, тут ничего…
Он сунул руку в камин обратно и прямо пальцами поворошил угли, потом показал мне.
Ничего. Только черная сажа.
Продолжение будет… у меня что-то нехорошо заныло сердце.
– Это уже немало, – сказала осторожно.
– Этим никого не впечатлишь. Все будут прыгать через костер, и если я пробегусь по нему ногами, никто даже не заметит. Нужно много больше, чтобы все успели разглядеть и проникнуться. А больше…
Он сунул руку в угли, прямо туда…
Да что ж ты делаешь! Мне хотелось заорать.
Но даже так ничего сначала… но потом я вижу, как начинает дрожать рука, как он сжимает зубы.
– Прекрати! – я дернула его.
Еще немного, и он сдался. Вытащил руку. Развернул передо мной… хотя пальцы не разгибались толком.
В саже и золе.
Ожоги в двух местах. Не такие сильные, но совершенно отчетливые. У большого пальца кожа треснула…
