Официант, тут же оказавшись перед ним, выслушал что-то совсем короткое, похоже на «фирменное», исчез и буквально через минуту появился с подносом, уставленным доверху холодными и горячими закусками. Меня обслужили тоже моментально, я изобразил очень равнодушного к еде человека, вообще-то в самом деле почти равнодушен, но сейчас изобразил деятеля, который даже не утруждает себя составлением меню: об этом должны позаботиться его личные врачи и спортивные диетологи.
Я жевал травку и подцеплял на вилку ломтики холодного мяса, глаза бросают взгляды по сторонам исподтишка, и когда в ресторан вошла та красавица, сердце учащенно забилось. Королева, настоящая королева, она настолько царственно окинула все помещение безразличным взглядом, что все поблекло в сиянии ее красоты и величия, так же царственно прошла через зал…
Сердце охнуло и сорвалось в пропасть: красавица, заметив мой восторженный взгляд, чуть-чуть улыбнулась и, не поворачивая головы, продолжала путь. Ее столик в самом центре, что и понятно, она разговаривала с официантом, а я смотрел на нее, боясь дышать: улыбнулась, в самом деле улыбнулась мне! Может быть, уже и забыла о моем существовании, но тогда улыбнулась…
Официант ушел, красавица положила меню и, поймав мой взгляд, чуточку повернула голову. Я не успел опустить глаза, мы некоторое время смотрели друг на друга, я чувствовал себя зачарованным, а затем она вдруг поднялась и… направилась ко мне.
Я страшился дышать, а она подошла к моему столу, в глазах вопрос.
— Вы никого сейчас не ждете?
— Нет-нет, — пролепетал я, — с чего бы…
Она смотрела на меня в упор большими синими глазами, которые сейчас казались темными, как летнее небо.
— Тогда не возражаете, если я присяду за ваш стол?
— Не возражаю, — ответил я хриплым голосом, — еще как не возражаю! Боже, что я плету!.. Если теперь попытаетесь встать и уйти, я либо вас убью, либо сам убьюсь!
Она улыбнулась, села легко и грациозно. Ее глаза внимательно изучали мое лицо.
— Я здесь второй день, — сообщила она. — Еще вчера убедилась, что ни мужчин достаточно интересных, ни женщин, ни даже чем-то любопытных пар. И вот вы, такой загадочный…
Я промямлил:
— Я?
— Вы, — ответила она и улыбнулась.
Официант принес поднос к ее столу, но посмотрел в нашу сторону, приблизился нерешительно.
— Ваш заказ, простите…
— Ставьте сюда, — распорядилась она. — Потом кофе. И печенье с кокаином.
Официант поклонился и ушел, я пробормотал в ужасе:
— С кокаином?.. Разве можно?
— Здесь все можно, — успокоила она. Заметив мое выражение лица, сказала успокаивающе: — С утра и до обеда иногда употребляю кокаин, это взбадривает, зато на ужин принимаю немного марихуаны. Это успокаивает, дает хороший сон. Мой врач говорит, что мой организм прекрасно адаптировался.
Я опасливо оглянулся.
— А как… власти?
— В такие отели власти не показываются, — успокоила она. — По крайней мере в виде властей. А вы еще спрашиваете, почему такой загадочный… Таких простых вещей не знаете!.. Меня зовут Ингрид. Я актриса, получила «Оскара» за женскую роль второго плана, сейчас отдыхаю перед следующими съемками…
— Меня зовут Юджин, — представился я. — Увы, я ничем не знаменит, в кино не снимался, штангу не поднимал, на мотоцикле через сто автомобилей не прыгал.
Она чуточку усмехнулась.
— Верю. Однако вы здесь. Это разжигает любопытство. К тому же вы единственный одинокий молодой мужчина здесь. Так что не удивляйтесь, что я к вам так пристаю…
Ее глаза смеялись, я чувствовал смятение и все никак не мог выкарабкаться из состояния, когда женщина руководит ситуацией. Унизительно для мужчины, мешает всему, от такого положения дел недалеко и до импотенции, многие так ими и становятся, женщины не должны рулить, но эта рулит и, похоже, передавать мне руль не собирается. Хотя и понимает, зараза, что такое ощущение делает нас беспомощными и в постели.
Постой, мелькнула трезвая мысль. А кто сказал, что она хочет довести дело до постели? Просто поболтать восхотелось скучающей кинозвезде. А кроме меня, как сказала откровенно, подходящих кандидатур не оказалось…
С другой стороны, сказал внутренний голос, раз другого нет, то почему бы не лечь с тобой? Солнечная радиация способствует усиленной выработке гормонов. На юге у моря всегда хочется трахаться и трахаться.
Она ела свой бисквит и откровенно посмеивалась, наблюдая за моим лицом, на котором, боюсь, все мои мысли проступают крупными печатными буквами.
Я чуточку озлился на себя за непривычную робость: ну и что, если мои мысли как на тарелочке? Еще бы не хотелось ухватить ее за сиськи! Кем бы я тогда был?
— Я бы и не сказала, — произнесла она с аристократической ленцой, — что вы из тех молодых красавцев, которые толпятся у дверей продюсеров… в надежде, что их заметят.
Я спросил так же медленно:
— И почему бы не сказали?
Она вздохнула.
— По внешности, да, годитесь для роли любовника. Но нет у вас в глазах заискивания искателя роли. У вас вид человека…
— Ну-ну, — подбодрил я довольно, в ожидании, что щас похвалят.
— Вид человека, — закончила она, — кто сам пишет сценарии. И кто режиссирует. И даже… продюсирует.
