Сингулярность 2.0. Биотех полностью

– И за кем мы станем охотиться? – строго спросил я. – Мародеры уже убрались из Оронта. А корабль не умеет двигаться по суше.

– Неподалеку отсюда Ржавый Гвоздь.

Гвоздь – нейтральное торговое поселение, одно из немногих. Клан, его населяющий, не участвует ни в каких войнах. Единственное, в чем можно обвинить местных гремлинов, так это в грабительских ценах. Дважды в год «Бесстрашный» возит в городище товары для обмена.

– Нет.

Дело уже сделано, а месть не возродит павших. Убивать гремлинов – все равно что убивать диких животных или пытаться наказать стихию. Трогварка покачала головой и выругалась на своем языке. Потом ушла в каюту, думать о том, какие трусливые и неблагородные создания морвейны. Не все объяснить постороннему. Тем более – представителю другой культуры. С этими взглядами нужно родиться и вырасти. Морвейны, конечно, защищают себя, но убивать ради мести – неприемлемо. И бессмысленно.

Кайри недовольно молчали, но поделать ничего не могли. Возможно, когда последние морвейны отправятся в лунный свет, духи начнут собственную войну с карликами – кто знает?

Обычно паломники следуют к Красным скалам, но Чуука сказала, что ей нужен остров. Я, естественно, подумал, что Остров Блаженных, единственный уцелевший осколок морвейнской цивилизации. Большинство рейсов выполняются туда. Но нет: ей понадобился Ржавый остров в северо-восточной части Последнего моря. Голый пятачок, который никто не посещал, по меньшей мере, тысячу лет. Я только спросил:

– Зачем?

– Надо. Я заплачу.

И стала решительно расстегивать красивое платье.

Люди издревле мечтали о сверхсуществе – божестве, – которое решило бы все проблемы. Только раньше они хотели приручить Бога творца, а потом преисполнились дерзости и сами создали Бога творение. Возможно, сотворение Бога – это высший этап развития любой цивилизации. Но золотому человеку не хотелось заниматься мелкими людскими заботами, и он ушел в горы, где общался только с диким зверьем.

Вот только животные тоже имеют желания и постоянно приходили к нему в надежде полечиться или покормиться. И тогда отшельник покинул горы и переместился дальше, став кочующим божеством. Золотой человек посетил всю планету, нигде не оставаясь надолго, потому что хотел без помех заниматься собственным совершенствованием. Известно ведь, что совершенство подобно скорости света: его также невозможно достичь, но можно стремиться к своей цели, словно к чистой и светлой любви. Для многих, как например, для древней расы алансоров, это стремление стало наркотиком, погубившим их цивилизацию.

Море робко лизнуло подножие полосатого утеса, потом еще раз, словно ребенок кусок мела. Утес устоял и даже, как будто, не заметил легкого покушения на свою персону. Северный берег особенно печален. Плыть пришлось мимо оставленных и разрушенных строений. Одни находятся в отдалении и только угадываются с корабля, другие расположены на берегу и слишком хорошо заметны. Пляжи с розовым и белым песком сохранились, но были пусты и захламлены. И всюду над прежним великолепием царит ужасная вонь. Еще как-то можно понять технические запахи – топлива, смазки, металла, наконец, – у новых обитателей техническая цивилизация. Но с пляжей ощутимо несет дерьмом. Не знаю, чувствуют ли гремлины запахи так, как мы. Может, их чувство прекрасного работает от противного, эстетизируя все уродливое и гадкое? Иногда, кажется, что все, что можно, маленькие безумцы стараются делать наперекор.

Сначала показалась Галайда. Прекрасный город лежит в руинах. Заселена только северная окраина, самая дальняя от моря. Там видны грубо сколоченные из досок вышки и аляписто раскрашенные здания. Видимо, цветовое зрение у гремлинов развито не больше, чем обоняние.