Все это порождало копию действительного мира, более удобную с точки зрения манипуляций — с миром идей ведь удобнее обращаться, чем с миром вещей. И именно в этот мир человек старался переместиться.
Если мы оценим все изобретения, связанные с записыванием знания, то обнаружим все более совершенные способы оцифровки сначала действительности, потом уже и самого человека. Посмотрим, например, на Витрувианского человека Леонардо. Там под рисунком мужчины, вписанного в круг и квадрат, идет запись с числовыми пропорциям: сколько размером стопы помещается в размере ноги и т. п.
Поразительна сама идея обнаружить некий смысл в отраженных числовых пропорциях — эта идея гармонического смысла, в общем-то, присуща любой человеческой записи, подразумевается за любой записью. Леонардо полагал, и это было очевидно для любого, что части тела обязательно составляют какие-то пропорции между собой. Иными словами, тело можно выразить формулами. Вообще, цифровое отражение чего-либо, равно как и текстовая запись чего-либо в нашем представлении своим обязательным атрибутом имеет гармонию, некоторое тяготение к прекрасному. Откуда эта идея, зачем она?
Отраженный мир в нашем представлении обязательно упорядочен и обладает внутренней гармонией. В этом есть логика, ибо он — продукт разума. Мир более высокого порядка. Постижение, или даже покорение второго мира является более важным, чем покорение мира физического, который мы делим с животными. Потому что у человека всегда было подозрение, что сущности мира идей не обладают телесностью. Не знают смерти.
Сегодня мы пришли к тому, что уже имеем альтернативный мир, в котором фигурируют слепки нашей личности — наши виртуальные персонажи. Своими виртуальными полпредами в Интернете, виртуальными гомункулами, мы подходим вплотную к идее оцифровки не только действительности, не только тела, но уже и к копированию личности. Ведь наши виртуальные персонажи различаются между собой так же, как различаются наши личности. Это еще корявые, но уже копии личности. Правда, требующие постоянного присутствия «оператора личности».
В разные века во всех культурах всегда применялись разные по способу и назначению манипуляции, связанные с изменением, а по сути, улучшением тела.
Улучшение тела могло быть внешним, инструментальным. По Маклюэну, человек использовал расширения себя — the extensions of men. Например, расширением руки были копье, нож, мотыга, ружье; расширением кожи — дом и одежда; расширением нервной системы до размеров планеты — телевидение. Улучшение тела могло быть эстетическим — татуировки, эстетические увечья, импланты. Улучшение тела могло быть замещающим — зубные протезы, протезы конечностей, потом органов. Все эти улучшения тела исходили из своих локальных исторических «задач». Но в глобальном масштабе они выстраиваются в длительное, упорное и нарастающее по интенсивности усилие заменить тело. Заменить теперь уже и самого человека.
Процесс замещения естественного (биологического) искусственным (технологическим) уже подошел к замещению человека алгоритмом. Благодаря технологическому ускорению и сгущению исторического времени стремление выйти за пределы биологии, то есть фактически избавится от тела, все ближе подводит человечество к кульминационной точке — к сингулярности, Переходу, или точке Омега, как называл это событие Тейяр де Шарден, автор теории мегаэволюции и книги «Феномен человека» (1955).
Акселерация исторического времени, то есть сгущение социальных событий, проживаемых человечеством в единицу времени астрономического, — важный фактор концепции сингулярности. Сингулярность действительно где-то рядом. Больше того, ее гипотетическая дата поддается вычислению.
Можно сгруппировать исторические периоды по продолжительности доминирования тех или иных технологий. Например, можно выделить периоды с преобладающими способами экономического или политического устройства: охота и собирательство, земледелие и скотоводство, ремесленное производство, индустриальное производство, постиндустриальная экономика. Длительность всех этих исторических периодов дает отчетливую последовательность сокращающихся отрезков, даже визуально напоминающих обратный отсчет: «10, 9, 8, 7…». Можно взять исторические периоды с доминирующими формата медиа: рисунки, иероглифы, алфавит, книга, электронные медиа, компьютер. Можно выделить периоды с доминирующей скоростью передвижения человека: колесо, парус, паровоз, автомобиль, самолет, ракета. Временные размерности этих периодов тоже дают метафору обратного отсчета. Кстати: человек уже мыслит предельными для физической природы скоростями — субсветовыми. Дальше в известной нам природе продвинуться невозможно. Все, приехали.
