Одному мальчику приснился такой сон:
БЫЛА НА СВЕТЕ ВАЗА.
В ВАЗЕ ЖИЛА ДЕВОЧКА.
ДЕВОЧКА ДЕРЖАЛА БАЛКОН.
А НА БАЛКОНЕ СТОЯЛ ЦВЕТОК.
Утром мальчик проснулся, глянул в окно и забыл свой сон.
— Что тебе приснилось? — спросила мама. И мальчик рассказал:
— БЫЛ НА СВЕТЕ БАЛКОН.
НА БАЛКОНЕ СТОЯЛ ЦВЕТОК.
ЦВЕТОК ДЕРЖАЛ ВАЗУ.
А В ВАЗЕ ЖИЛА ДЕВОЧКА.
Чудесно! — восхитилась мама. Глянула в окно и забыла его сон.
Что ему приснилось? — спросил у мамы папа. И мама рассказала:
— БЫЛА НА СВЕТЕ ВАЗА.
В ВАЗЕ ЖИЛ ЦВЕТОК.
ЦВЕТОК ДЕРЖАЛ БАЛКОН.
А НА БАЛКОНЕ СТОЯЛА ДЕВОЧКА.
Забавно! — сказал папа. — Из этого могла бы получиться сказочка. Только нужно кое-что переделать. Совсем немножко.
И он сел за стол. А потому как был он известный писатель, то в два счета кое-что переделал и написал так:
БЫЛ НА СВЕТЕ БАЛКОН.
НА БАЛКОНЕ СТОЯЛА ДЕВОЧКА.
ДЕВОЧКА ДЕРЖАЛА ВАЗУ.
А В ВАЗЕ БЫЛ ЦВЕТОК.
Сказка была напечатана в журнале, потом в книге и стала знаменитой. Ее назвали «неотъемлемой частью классического наследия нашей детской литературы». И поместили в букварь. Мальчик начал ходить в школу, и ему задали выучить эту сказку наизусть. Но выучил он плохо и рассказал так:
— БЫЛА НА СВЕТЕ ВАЗА.
В ВАЗЕ ЖИЛА ДЕВОЧКА.
ДЕВОЧКА ДЕРЖАЛА БАЛКОН.
А НА БАЛКОНЕ СТОЯЛ ЦВЕТОК.
— Стыдись! — сказала учительница. — Сын знаменитого писателя, автора «Зеленой книги сказок», а не можешь выучить произведение собственного отца! И поставила мальчику единицу.
Вы, наверно, подумали, что отец мальчика, знаменитый писатель, автор «Зеленой книги сказок» — это я? Так вот, чтобы меня с ним не путали, даже случайно, я решил быть совсем на него не похожим. Он написал «Зеленую книгу сказок», а моя книга будет Синяя!
В те давние времена, когда Ольга еще не была моей женой, она жила в доме, где на стене висела картина с нарисованной рыбой.
Рыба лежала на песке, рядом с ней текла река, но у рыбы, наверно, уже не было сил подпрыгнуть и плюхнуться в воду. Под картиной было написано, что эту рыбу зовут Рыбека.
Ольга рыбу очень жалела. Она часто рассматривала картину и думала: «Почему вода в речке чуточку не поднимется?» Дни бежали, вода все не поднималась, и решила Ольга позаботиться о рыбе сама. Однажды, когда родители ушли в гости, развела Ольга синюю краску, обмакнула в нее кисточку и с кисточкой в руке вскочила на диван, чтобы дотянуться до картины. Но не успела поднести кисточку к картине, не успела подрисовать хоть капельку воды, как откуда-то послышался голос: — Не делай этого!
Огляделась Ольга по сторонам, но никого не увидела.
— Что оглядываешься, — снова послышался голос. — Это говорю я.
Тут Ольга заметила, что на картине у рыбы Рыбеки открывается рот.
— Ах, вот оно что! — воскликнула Ольга. — А еще говорят, что рыбы немые!
— Говорят, что кур доят, — засмеялась рыба Рыбека. — Сама видишь, я же разговариваю! Правда, только когда это очень нужно.
— А сейчас очень нужно? — спросила Ольга.
— Сейчас — да, — ответила рыба Рыбека. — Ты собиралась подрисовать на картине воду. А разве ты не знаешь, что это картина знаменитого художника и твоя краска ее испортит? Да если бы дело было только в картине! Когда вернутся твои родители и увидят, что ты подрисовала воду, у твоего папы волосы станут дыбом и проткнут шляпу. А проткнутая шляпа тоже никуда не годится!
— Ладно, — согласилась Ольга. — Но ведь если я не подрисую на картине воду, ты так и останешься на суше и опять будешь задыхаться!
— Да что уж там, — отвечает рыба. — Зато не утону…
Так Ольга и не подрисовала воду. И рыба Рыбека продолжала задыхаться на суше. А время шло, Ольга подросла, вскоре и я стал наведываться в их дом. И вот что однажды случилось.
Ольга заболела. Я сидел возле нее целый день и рассказывал сказки. Сам их придумывал. Теперь уж и не вспомнить ни одной, да и Ольга все забыла, так что никто никогда их не напишет.
Знаю только, что пока я рассказывал, наступил вечер и пора было уходить. Я отворил дверь.
— Спокойной ночи! — сказал я.
— Спокойной ночи! — ответила Ольга.
— Погаси свет.
Я погасил свет, потихоньку вышел и затворил дверь. Ольга лежала с открытыми глазами и прислушивалась к темноте. Темнота шумела. Так шумела, что от шума стала раскачиваться мебель. Она раскачивалась и трещала. Этот треск разбудил мушку. Мушка зажужжала и снова уснула.
— Ты еще здесь? — спросила Ольга.
