На другое утро Джим продолжил поиски. Он обошёл ряд пароходных компаний, но ничего не узнал нового. С неважным настроением он заглянул ещё в одну контору - "Африканскую береговую линию". Это была одна из старейших фирм. Под стать её возрасту были два древних старика, которые правили в ней всеми делами. Когда Джим вошёл в контору, его встретили сверхлюбезно: усадили на мягкий стул и предложили стакан чая. Когда он рассказывал свою историю, оба старика слушали его с патриаршим вниманием.
- Мне кажется, что никогда ни один из наших пароходов не проходил через Довер, - сказал один из конторщиков. - Хотя наша главная фирма находится в Лондоне, а корабли всегда отходят из Ливерпуля.
- Тогда я напрасно побеспокоил вас, - огорчился Джим.
- Не огорчайтесь, вы нас не обременили работой. Не уходите, давайте посмотрим записи за 1901 год.
Секретарь принёс толстую актовую книгу, и один из стариков погрузился в её изучение.
- Помните, - вдруг обратился он к своему партнёру, - часть маршрутов из-за перегрузок передали компании "Юнион Африка Лайн".
- Да, помню. Пароход назывался "Бетльдор". Он вышел из Тильберна. Это был единственный случай, когда наше судно выходило из Темзы.
- А какого числа это было? - не выдержал Джим.
- Восемь часов утра 21 июля. Давайте-ка посмотрим на карту. В таком случае судно проходило у маяка где-то около двенадцати часов дня. А когда, вы говорите, случилось несчастье?
- В обеденное время, - хрипло проговорил Джим.
- Но я не помню, чтобы об этом плавании сообщалось что-либо особенное.
- А есть возможность узнать подробнее, как проходило плавание?
- Тогда необходимо заглянуть в корабельный журнал. "Бетльдор" был взорван, но капитан Пинни, который им командовал, жив и ныне.
- А журнал, где журнал? - вновь бестактно прервал говорившего Джим. Но на него не обиделись.
- Все книги хранятся в нашей конторе в Ливерпуле. Я сегодня же напишу управляющему с просьбой прислать журнал, если он сохранился.
- Вы были так любезны, что я не смею больше вас беспокоить. Вы не позволите мне самостоятельно съездить в Ливерпуль?
- Этого не следует делать. Управляющий конторой завтра будет здесь. Я ему позвоню, чтобы он привёз книгу.
Время вновь терялось без пользы, но приходилось ждать. Джим сообщил Солтеру о ходе поиска, и совместно они пришли к выводу, что теперь необходимо держать постоянно в поле зрения Еву. А ещё лучше было бы немедленно удалить её из дома Гроутов. Джим предвидел, что сделать подобное будет нелегко. Но другого выхода не было. Он-то знал, с кем имеет дело. Банда "тринадцати" ещё не утратила своей силы. Джим взял автомобиль и поехал к Гроутам. Его проводили в рабочий кабинет Дигби.
- Добрый день, мистер Стейл, - встретил его Гроут. - Чем могу служить?
- Я хотел бы видеть мисс Уэлдон.
- Она, кажется, вышла погулять, но я сейчас справлюсь.
Он позвонил. Вошла служанка и сказала, что Евы нет дома.
- Тогда спасибо за приём. Я подожду её на улице.
- Вы чертовски упрямы, мистер Стейл. Может быть, мне удастся её найти.
Через несколько минут он вернулся с Евой.
- Как видите, служанка ошиблась.
Дигби вежливо поклонился и покинул комнату.
- Вам угодно со мной говорить, мистер Стейл?
Её слова произвели на него действие холодного душа.
- Я убедительно прошу вас покинуть дом Гроутов.
- У вас есть на то весомые причины?
- Если говорить откровенно, причины те же. Но теперь я больше, чем когда-либо убеждён, что вы дочь Мери Дентон.
- Вы мне и раньше рассказывали сказки.
- Выслушайте меня, всё намного серьёзнее, чем вам кажется. И рубец на вашей руке - ожог, который причинил вам Дигби в детские годы. А Ева Уэлдон умерла в возрасте одного года в Капштадте.
Она посмотрела на него жестким и холодным взглядом.
- Очень романтическая история! Вы не замечали за собой склонности к фантазии? Впрочем, вряд ли. Вы больше ничего не хотите мне сказать?
- Я не знаю, что сказать, чтобы вы мне поверили. Но вы должны знать, что та дама, которую вы у меня видели, - ваша родная мать.
Её глаза расширились, и губы непроизвольно раздвинулись в улыбке.
- Честное слово, Джим, вам следовало бы писать романы. Все ваши страхи надуманны. Если хотите знать, я покидаю Гроутов через несколько дней, чтобы вернуться на прежнее место работы. И не надо выдумывать в отношении дамы, не имеющей телефона, но зато пользующейся ключом от вашей квартиры.
Чем больше Ева говорила, тем сильнее закипал в ней гнев. Она не могла простить Джиму ту кошмарную сцену.
- Я хочу вам сказать, что вы подорвали мою веру в мужчин больше, чем Гроут или кто-либо другой. Вы меня так оскорбили... Я вам не могу простить.
Попрощавшись, Ева покинула комнату.
Глава 27. Ева исчезла
