- Шо це вы, товарищ командир! - Усач испуганно и огорченно развел руками. - Осподь с вами. Идти доносить на вас? То вам я дорогу рассказал. А другим - навищо?
- Закрывайся. И до утра никуда ни шагу.
- Никуда. Ни шагу, - закивал усач.
Андрей и Пилипенко вышли.
- Ай, смердюга, - зычно сплюнул Пилипенко. - Вон какое зелье росло на нашем поле!
Андрей не откликнулся.
3
Вано и Саша подтвердили: недалеко шоссе и у шоссе домик. Усач не обманул, со страху, наверное. Домик в четыре окна по фасаду, смогли рассмотреть Вано и Саша. Окна раскрыты, из них доносился храп. Вано и Саша слышали: храп. Человек пять-шесть спит. Немцы. Немцы, точно. Один выходил на крыльцо, помочился. Сонный, буркнул он что-то, по-немецки. Должно быть, часовому.
Значит, немцы, - размышлял Андрей. - Пусть их там не пять-шесть, а дважды столько - один на одном. Ночевка подразделения? Или какой-нибудь штаб?
Андрей ступал медленно, мысль о домике не оставляла его.
Шли молча, не видя друг друга. У ног возились еловые ветви, каждый слышал, что рядом есть кто-то свой, и это подбадривало.
- Семен.
- Да, Андрей?
Андрей молчал, додумывал, прикидывал.
- Домик дорожного мастера небольшой, раз четыре окна, так? Немного, считай, немцев прикроет.
- Понял тебя, Андрей.
Оба умолкли. Теперь оба додумывали то, что занимало их.
- Часового если б без шума убрать... - развивал Семен мысль Андрея.
- Постараться надо, - сказал Андрей как о чем-то уже решенном.
Решения еще не было. Напасть на домик - потерять время, а надо торопиться туда, где стреляли и, следовательно, шел бой и, значит, проходила линия фронта. Но там уже стихло.
- Постараться надо, - повторил Андрей тверже.
- И в порошок истолочь фрицев. Вот тебе и шанс получить карту, проговорил Семен. - Ту самую, которую спишь и видишь: карту противника с нанесенной на нее обстановкой. - По тону Андрей догадался, что тот улыбался.
Именно это имел в виду Андрей: вдруг в случае удачи нападения узнают расположение немцев и советских подразделений, а может быть, и частей, хотя бы в этом квадрате. Большего и не надо.
Остановились в полукилометре от шоссе.
- Пойду, разведаю, так? - сказал Семен. - Дело такое, что перепроверка не лишня.
Семен с Вано вышли к самому шоссе, залегли в кювет и всматривались, вслушивались - ни машины, ни пешего. Домик дорожного мастера смутно проступал из темноты.
У домика вспыхнул огонек, очень четкий в ночи. Семен проследил взглядом за огоньком. Наверное, часовой закурил. Так и есть: огонек то угасал, то снова вспыхивал. Потом часовой стал что-то насвистывать, должно быть, старался таким образом подавить страх.
- У немчика мандраж, да? - шепнул Вано Семену.
"Кто он, этот фриц? - подумалось Семену. - В самом деле, Фриц? Или Ганс? Или Отто? И откуда ждет он письма, из Баварии, из Саксонии? Письма он уже не дождется. На войне такое неизбежно: кто-то кого-то должен прикончить..."
- А тебя, Вано, не схватит мандраж, если подкрадешься поближе к домику? - сказал ему Семен на ухо.
- Меня, да?
- Тебя.
- Нет, товарищ политрук. Не схватит.
- Установи, высоко ли до окон. Разведай, по ту сторону домика что лес, поляна, лог?.. И все, что сможешь.
Вано выскользнул из кювета, пополз через шоссе.
Шоссе по-прежнему оставалось пустынным. Семен поднял голову: что-то хлопнуло у домика, хлопнуло так, что вся ночь задрожала. И тотчас вспыхнуло пятно карманного фонарика. Дверью, значит, кто-то хлопнул. Карманный фонарик, должно быть, спускался с крыльца. "Как там Вано?" тревожился Семен.
Семен не заметил, как Вано возвратился и вполз в кювет.
Он услышал его прерывистое дыхание.
- Ну? - нетерпеливо обернулся к Вано.
- Порядок, да? - перевел Вано дух. - И Сянский, этот, пустяковый, сможет бросить гранату в окно... Часовой - какой из себя? Черт его знает какой, да? - Он все еще трудно дышал. - Может, толстый, может, худой, в темноте, слушай, не определить. Но повыше Пиля будет. Сматываться, слушай, не прямо от домика, - лысое место, да? Взять наискосок метров двести, и в самый лес. Я из травы высмотрел, лазить, слушай, было плохо - шелестело, вай!.. У стены, справа от крыльца, мотоцикл. Когда фриц фонариком повел, я и увидел. - Он смолк. - Немчики пысать часто ходят. Раза четыре, пока торчал я там, выходили. Всё, да?
Всё так всё. Правда, неизвестно, сколько в домике немцев, как они вооружены и штаб ли это, случайная ли ночевка солдат?..
4
Они снова вдались в лес.
Домик дорожного мастера оставался правее. "Что там разместилось? ломал себе голову Андрей. - Странно, в охране один часовой. Еще не напуганы немцы, потому? Или ребята чего-то не высмотрели?" - размышлял он о сообщении Семена и Вано.
Лес становился плотнее и плотнее и вскоре так сгустился, что разделил всех. Какая-то птица вспорхнула с макушки дерева, кинулась вниз и, над головой Андрея, выправилась и ушла. "Птица не вверх взмыла, - вниз, значит, рядом плешина", - догадался он.
И верно, вышли на лесной луг, большой или малый, не видно. Но деревья отодвинулись. Здесь можно дожидаться Семена с группой, уходившей к домику дорожного мастера.
- Ну, Андрей?
- Давай, Семен. Через час-полтора начнет светать.
