Посреди Армении стоит высокая гора Арагац. Удивительными запахами пропитаны степи на её склонах. Особенно ясно чувствуешь это, когда спускаешься на машине от холодного озера Кара-Гёль, расположенного недалеко от вершины.
Наверху дышишь разрежённым снежным воздухом, а по мере спуска воздух всё густеет и пропитывается ароматом полыни, мяты и мёда. Как будто всё глубже погружаешься в душистое море. Степь цветёт. Особенно выделяются ярко-красные маки величиной с блюдце.
Склоны прорезаны глубокими ущельями. По дну ущелий, а местами и на склонах — рощицы из невысоких дубов.
Не раз я проводил отпуск в этих местах. Я часто гулял по окрестностям. Особенно любил я одну тропинку. Узкая и малозаметная, она вначале спускалась на дно небольшого ущелья, а затем выводила на другую его сторону.
Там она совсем исчезала среди плит застывшей лавы. И я уже без дороги спускался вниз, к долине.
Здесь можно было ловить бабочек или любоваться плавающими в голубом воздухе белыми вершинами горы Арарат. А бабочек было множество.
На цветах гроздьями висели бесстрашные пестрянки, ярко-красные или синие. Им некого бояться. У них в крови страшный яд — синильная кислота. Ни одна птица не рискнёт схватить такую бабочку.
Попадались и поразительные желтушки-зорьки. Самцы у них с фиолетовым отливом, оранжевые. Стремительно проносились они над полянами, поросшими колючими кустарниками-астрагалами. А самки бывают и белые, и жёлтые, и оранжевые. Они сидели тихо, притаились среди колючек.
Но больше всего здесь было нарядных красных шашечниц.
Однажды, отклонившись далеко вправо от привычной тропинки, я оказался на невысоком гребне, за которым неожиданно появилось Амбердское ущелье.
Оно имело глубину необычайную: добрая сотня метров почти отвесных скал, лишь местами прерывающихся крутыми глинистыми осыпями. Поэтому далеко не везде можно найти спуск, разве что по опасным проходам между скалами.
А под скалами начинались склоны, где среди редких трав и цветов возвышаются зонтики ферул. Эти растения похожи на укроп, но высотою почти в два метра. А до дна ущелья всё ещё далеко, и виден лишь склон, покрытый жёлтыми зонтиками.
Вот над этими зонтиками я и увидел жёлтых бабочек-махаонов, когда впервые выбрался на склоны под скалами.
Но добраться до махаонов не удавалось. Пока я спускался, оступаясь и съезжая по сухой глине, махаоны разлетались и дразнили меня издалека. Я то лез вверх, то скользил вниз, а махаоны были всё так же недоступны. И вдруг удача!
Неожиданно я увидел махаона совсем рядом на цветке ферулы, и почти такого же жёлтого, как этот цветок. Лучше бы я его не видел! Потому что даже беглого взгляда было достаточно: это не махаон, а алексанор — бабочка, похожая на махаона. Но только более редкая.
Махаон в нашей стране живёт повсюду от жаркой Туркмении до холодного Таймыра, от западных границ до Камчатки.
Алексанор встречается лишь в немногих местах: кое-где в горах Армении, Азербайджана и Средней Азии. В моей коллекции на месте, предназначенном для алексанора, зияла пустота.
Сердце мое дрогнуло, я поднял сачок, на палку которого опирался, и покатился вниз, прижимаясь к шершавому склону. Пытаясь задержаться, я только в кровь изодрал руки.
Так я прокатился несколько метров, а алексанора и след простыл. Теперь я понял, что всё множество летавших вокруг жёлтых бабочек — это алексаноры.
Моё рвение удвоилось, но, кроме новых ссадин, я ничего не приобрёл. Я взбирался вверх, скользил наискосок, ссыпался вниз с потоком щебня, но тщетно. Алексаноры были неуловимы. Духота, жара, сердце колотится. Почти без сил выбрался я на гребень.
...На гребне были нагромождения скал и камней, а местами попадались плоские вершинки. Когда я поднялся на одну из них, я вдруг увидел алексанора, который взлетел с камня и устремился ко мне. Это было так неожиданно, и я настолько растерялся, быть может, от усталости, что даже не успел поднять сачок. Алексанор сделал надо мной круг, отлетел метров на десять, затем снова покружил около меня.
Я застыл на месте и стал медленно поднимать свой сачок. Алексанор возвратился, и я взмахнул сачком. Но торопливо и неточно. На какие-то доли секунды алексанор опередил меня и увернулся.
