Валентин Петрович Катаев
Синий платочек
Пьеса в пяти действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Л о ж к и н а К с е н и я П е т р о в н а - попросту бабушка.
Д а ш а - девушка 19 лет \ ее внуки.
В а л я - пионер /
З о я Ф и а л к и н а - подруга Даша.
А н д р е й К у п а в и н \
Ф е д я С о л н ц е в } экипаж среднего танка.
В а с я Д е в я т к и н /
С в и р и д о в - лейтенант.
Н а д я В о р о н и х и н а - военфельдшер.
С е л я в и н а А н т о н и н а В а с и л ь е в н а - главный врач госпиталя.
П е т р у ш к и н а В а л е н т и н а А л ь ф р е д о в н а.
П е р в а я д е в у ш к а.
В т о р а я д е в у ш к а.
Т р е т ь я д е в у ш к а.
Т е л е ф о н и с т.
С в я з н о й.
Действие происходит частью в небольшом волжском
городе Щеглы, частью на Центральном фронте.
Октябрь - ноябрь 1942 года
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Комната в деревянном домике в городе Щеглы.
I
Бабушка и Валя.
В а л я (вышивает синий платочек). Бабушка!
Б а б у ш к а. Да.
В а л я. А теперь чего делать?
Б а б у ш к а. А ну-ка, покажи, что у тебя там.
В а л я. Во, глядите!
Б а б у ш к а. Замечательно! Ну прямо-таки замечательно! Больше нечего и делать. Только подрубить платочек - и все готово. Нет, кроме шуток, Валюшка, у тебя редкие способности. Смотри ты, как чудесно получилась роза! Прямо как живая. Ее понюхать хочется. А листочки! Чудо! И как это все красиво - на синем фоне. Посмотреть издали - ни за что не поверишь, что это все вышито гладью. Да ты у меня, Валька, настоящий художник. Надо бы этот платочек снести в школу, показать вашему учителю рисования. Может, из тебя и вправду великий художник выйдет. Я снесу.
В а л я. Бабушка! Вы с ума сошли! Разве можно? Ребята узнают, что я вышиваю, - засмеют. Задразнят. Что я, девчонка?
Б а б у ш к а. Не вижу ничего позорного в том, что мальчик вышивает.
В а л я. Я не мальчик.
Б а б у ш к а. А кто же ты?
В а л я. Я пионер.
Б а б у ш к а. Ах, извините!
В а л я. И мне неудобно. Неловко. Как вы не понимаете! Просто политически бестактно.
Б а б у ш к а. Чего? Чего?
В а л я (неуверенно). Бестактно. Политически.
Б а б у ш к а. Ах, извините! Политически бестактно? А курить пионеру политически не бестактно?
В а л я. Я не курю.
Б а б у ш к а. А почему у тебя в сумке табак, спички и курительная бумага?
В а л я. А вы зачем в мою сумку лазили?
Б а б у ш к а. Я лазила в твою сумку затем, чтобы положить яблоко и два бутерброда. Тебе же, охламону, на завтрак.
В а л я. Давайте не будем говорить друг другу грубости.
Б а б у ш к а. Ах, извините, простите! Я забыла. Давайте не будем говорить грубости, но давайте уж тогда, если на то пошло, и не курить.
В а л я. Я не курю. Я приобрел эти курительные принадлежности для того, чтобы отправить на фронт бойцам.
Б а б у ш к а. Вот как? Милый ты мой!..
В а л я. Кроме того, я еще положу в мешочек - у меня есть - записную книжку, карандаш, резинку и вот этот платочек. Бойцу будет приятно, как вы думаете?
Б а б у ш к а. Ах ты, мой дорогой! (Хочет его поцеловать.)
В а л я. Бабушка, не целуйтесь!
Б а б у ш к а. Бабушка не может поцеловать собственного внука, своего дорогого, милого мальчика.
В а л я. Я не мальчик.
Б а б у ш к а. Знаю, знаю! Ты пионер. И целоваться со старой бабушкой это политически бестактно.
В а л я. Нет, это не политически бестактно, но просто как-то неловко. Мальчики узнают - засмеют. Что я, девчонка?
Б а б у ш к а. Мальчики не узнают. (Целует его.)
В а л я. Ну и хватит.
Б а б у ш к а. Экий ты стеснительный!
В а л я. Я не стеснительный. Бабушка, обещайте мне одну вещь.
Б а б у ш к а. Ну?
В а л я. Никому не говорите, что я вышиваю.
Б а б у ш к а. Да уж обещала. Только не понимаю: что тут позорного?
В а л я. Это только у Гоголя губернатор вышивает по тюлю, а мне неловко перед ребятами.
Б а б у ш к а. Не знаю, кто там вышивал у Гоголя. Знаю только, что твой покойный дедушка Андрей Андреевич в свободное время великолепно вязал, шил и вышивал, так что, как видно, это у тебя наследственное. И вообще ты весь в покойного дедушку. Одно лицо, одно лицо... (Хочет поцеловать.)
В а л я. Бабушка, не целуйтесь!
Б а б у ш к а. Не буду, не буду!
В а л я. Так даете слово, что никому не скажете?
Б а б у ш к а. Даю.
В а л я. Честное пионерское?
Б а б у ш к а. Честное пионерское.
В а л я. Так вам нравится платочек?
Б а б у ш к а. Замечательно! Тонко, аккуратно, художественно. Лучше, чем у покойного дедушки, честное слово! Так бы тебя и расцеловала. (Обнимает его.)
В а л я. Бабушка... Не надо, пустите... Мальчики узнают...
Б а б у ш к а. Мальчики не узнают.
Целуются.
II
Те же и Даша.
Д а ш а. Они опять целуются! Сколько можно?
В а л я. Мы не целуемся. (Быстро прячет платочек.) Это она меня целует. Вот видите, бабушка!
Д а ш а. Что это ты все время прячешь?
В а л я. Ничего не прячу.
Д а ш а. Валька, дай еще один листик бумаги.
В а л я. У меня не склад. Если ты так любишь писать письма, так надо, матушка, иметь собственную бумагу. На тебя не напасешься. Пишешь, пишешь, и ничего не получается.
Д а ш а. Действительно, не получается.
Б а б у ш к а. Кому письмо-то?
