— Лично видеть вас у себя большая удача, — вскинул брови драг и одним движением усадил меня к себе на колени, хвостом обвил ноги.
— Отчет читала?
Я кивнула, рассматривая своего мужчину. Даже при свете дня вспоминаются жаркие минуты ночи. Щеки запылали.
— Хорошо, — кивнул драг и, приложив ладонь к сенсору, подтвердил отчет.
— Что ты делаешь? — поразилась я.
— То, что просила.
— Но ты же не прочитал! Это при твоей дотошности невозможно! И крайне безответственно!
— Но прочла ты и сказала, что все в порядке, — драг улыбнулся, — а в паре очень важно безоговорочное доверие. Знай, если ты попросишь меня подтвердить что-то, я это сделаю.
Мой невозможный мужчина снова вогнал меня в краску, но на сердце потеплело. Есть много слов, которыми можно выразить любовь.
Склонившись, я быстро и крепко поцеловала Алека.
— Нечестно, мне еще работать сегодня.
— Мне тоже. Знаешь, мне вот что еще интересно: почему ты уверен, что наши желания, ощущения и тяга — не вирус, а брачный период? Я же не нравилась тебе сначала.
— Начало — очень расплывчатое обозначение. Когда оно было? Когда я собирал досье на дочь генерала?
— О, как лестно! — Встретив хитрый взгляд, не могла на него насмотреться.
— Или когда мы встретилась впервые на приеме? Когда именно я попался?
— Точно не на приеме. Ты был ледышкой.
— Конечно. Мне нужно было скрыть недовольство: командир приказал охранять его дочь и отсылал из системы, хотя здесь у меня были важные дела. К тому же я ненавижу приемы. А когда попалась ты?
— Точно не в тот момент! — рассмеялась, вспоминая прошедшие события. — Тогда подруги искали мне мужчину, чтобы я разнообразила личную жизнь. Было забавно.
— Оказывается, ты обольстительница? А казалась такой невинной и правильной.
— Я такая и есть, поэтому все попытки провалились. А на приеме я отнеслась к тебе настороженно. Все знают, какие странные отношения у тебя с моим отцом. А тут такой пассаж — с ужасным драгом в командировке!
— Когда мы встречались наедине, и не скажешь, что запуганная была.
— Но ты странно себя вел! И дергал хвостом! А кто приказал Орле следить и докладывать?
— Это я-то вел себя странно? А кто весь инструктаж трясся и неадекватно реагировал на вопросы?
Ага, а про Орлу промолчал. Хитрюга.
— Так получилось… И я должна тебе признаться в страшном. — Алек явно не отнесся к заявлению серьезно. — Я случайно… Да! Совершенно случайно… увидела тебя в душе голым. Как раз перед визитом.
И увидела, как драг трясется в беззвучном смехе.
— А я-то думал, почему ты так странно себя вела. Бедненькая, — захохотал он. — Мысленно называл тебя ледяной красавицей. Видимо, красавица все же не такая холодная?
— Тебе виднее, — буркнула, прищурившись. Хвост тут же пополз вверх по ноге, за что и получил по кончику. — Верно папа предупреждал меня…
— Он боялся, что при тесном общении с тобой пробудятся мои инстинкты. Отвадить драга от своей дочери практически невозможно, — заметил Алек. — Особенно меня.
— Отец был прав насчет своих опасений? — Мне стало любопытно.
— Ты очень красивая женщина, со своими взглядами, характером, воспитанием. Это невероятно привлекательно, но связь с тобой влекла большие проблемы. Осложнялось тем, что я должен был постоянно быть подле тебя. Для драгов привязка особый процесс. Сейчас сложно сказать, что послужило толчком, но, думаю, инцидент со сломавшейся машиной сыграл свою роль. Как и с пещерой. Можно сказать, что виноват только синий вирус, однако это будет ложью.
Да, причину чувств назвать сложно, но, появись возможность все изменить, я бы ею не воспользовалась. Послав Алеку воздушный поцелуй, захватила плокстор и выскользнула из кабинета.
Виктория ушла, а улыбка все еще не сходила с моего лица. Эта женщина делает меня счастливым, значит, пришло время решительных действий. Виктория еще сомневается — для женщины простительно, однако мои чувства развеивают все сомнения в том, что она моя пара.
Когда я добился такой долгожданной близости, она стала для меня чем-то особенным. Любовь дарит необыкновенные ощущения. Мне мало ночей, хочу быть с ней постоянно, хочу при всех назвать своей.
Брачный период окончен, нам положено зарегистрировать отношения, но без одобрения семей это… неправильно. С моей стороны сложностей нет, а вот с ее…
Ситуация на Альдебаране накалилась до предела, неминуемо грядет развязка. Я могу забрать Викторию в столицу, могу остаться с ней здесь. Все будет зависеть от генерала, надеюсь, он проявит благоразумие.
Есть еще одна тайна, которую Виктории предстоит узнать. Вот только когда…
Когда я вернулась в кабинет, Арла разговаривала с голограммой Фредерика Уотерстоуна, восседающего в кресле. Он тут же замолк и повернулся в мою сторону.
Застыв, скосила глаза на бывшую подругу. Или нынешнюю? Запуталась я в наших отношениях.
— Я помешала?
— Нет, — ответил высокопоставленный драг. — Мы с вашей коллегой обсуждали проект, которым вы занимаетесь, и уже закончили. Она вам расскажет. А с вами я хотел бы переговорить наедине относительно недавнего расследования.
