У водопада пахло свежестью, и воздух был насыщен мелкой водной пылью, приятно покалывающей кожу. Сама лагуна «оазиса кафарель» являла собой уютный участок с потрясающими видами на природу вокруг. Пальмовая и декоративная растительность необычных расцветок отражалась в кристально-чистой заводи. Приятный щебет птиц и гремящий шум ниспадающей воды создавали умиротворяющее звуковое сопровождение, сделавшее процесс вхождения в Глубокую медитацию вопросом пары секунд. Забравшись на крупный гладкий валун у кромки воды, явно оставленный здесь для любительниц понаблюдать на красотой сверкающего водопада, я погрузился в себя, и не выходил долгое время, пока не ощутил чье-то приближение.
К чести зетронки нужно сказать, что она заранее оповестила о себе в ментале, а потом и голосом, прося дозволения присоединиться.
— Прошу, — я любезно указал на место на камне подле себя и даже чуть подвинулся, чтобы девушке было удобнее свесить вниз точеные обнаженные ножки, слегка касаясь кончиками пальцев водной кромки.
— Спасибо, — Трини улыбнулась мне и перевела взгляд в сторону водопада, без лишних слов разделяя со мной удовольствие от его созерцания. Так прошло еще какие-то время, за которое солнце успело опуститься к горизонту, окрасив небо в завораживающий золотой цвет. При этом температура едва ли опустилась на градус, позволяя все также комфортно чувствовать себя в легкой летней одежде. Я молчал, Трини тоже, за что получала от меня молчаливую благодарность и расположение. Последнее, что я хочу сейчас — это интимная близость с той, кто даже близко не походила на милый образ, пленившей мое сердце.
— Как ее зовут? — едва слышно спросила Трини, когда ощутила, что я вышел из медитации и достаточно умиротворен, чтобы поговорить по душам.
— Анья.
Мне не нужно было спрашивать, откуда зелтронка знает направление моих мыслей. Для опытного эмпата такой трюк сродни дыханию. Простой и естественный. А для кафарель, судя по всему, еще и способ найти ключик к душе собеседника.
— Все серьезно?
— Скорее сложно, — я невесело усмехнулся, сообразив, что такой же фразой можно описать все мои отношения с девушками. — Но это не важно. Нам не суждено быть вместе.
— Почему?
— Я так решил. Ради ее блага.
— Может, — осторожно предположила Трини, осторожно касаясь моей коленки пальцами, — тебе стоит позволить ей самой решать?
— Нет. Иначе может произойти что-то ужасное. Я не могу этого допустить!
Поняв, что невольно повысил голос, я примиряюще коснулся ее руки в ответ и покачал головой.
— Извини. Пусть лучше так… По крайней мере она будет в безопасности.
— А ты? Боль разрывает тебя изнутри. Здесь, — ладошка Трини легла мне на грудь, заставив сердце забиться чуть чаще. — Ты страдаешь, Джой.
— Если такова цена: пусть.
— Она слишком высока, — Трини отстранилась, подтянула ноги к груди и, обхватив руками коленки, обратила свой взор на залитую жидким золотом лагуну. В свете заходящего солнца вода приобрела почти мистический оттенок, заставляя затаить дыхание от завораживающей красоты.
— Зачем вы здесь на самом деле?
— Разве парни не сказали?
Девушка мило улыбнулась и кокетливо повела плечиком.
— Они были немного заняты с моими сестрами.
— А ты?
— Ждала, пока ты позволишь мне быть рядом.
— Я не могу…
— Знаю.
Мы замолчали. Трини по-прежнему не делала попыток хоть как-то проявить инициативу, чем еще больше располагала к себе. Хорошая она все-таки. Милая, добрая. И способна сопереживать, что не маловажно. В других обстоятельствах я бы точно не удержался, но… это раньше. Сейчас много изменилось. Все.
— Как Фрис? — решил я сменить тему после затяжного молчания. — Не опозорился, надеюсь?
— Он удивительный, — улыбнулась Трини. — И поразительно много знает для того, кто никогда не был с женщиной. Интересно, откуда он набрался таких тонкостей?
Я поневоле смутился, выдавая себя с ментальными потрохами. Трини негромко засмеялась, без какого-либо желания оскорбить делом или чувством. Чем окончательно сломила плотину недоверия между нами. А потом… мы говорили. Долго, до самой ночи, пока небо не оказалось расцвечено мириадами звездных скоплений, сделавших «оазис кафарель» по-настоящему волшебным местом.
Сонмы светлячков, устраивающих веселые баталии у кромки воды, давали достаточно света, чтобы преобразить лагуну в сказочный мир ночи, полный таинственного волшебства и сонных грез. В какой-то момент я сам не заметил, как пристроил голову на коленях Трини, которая начала ласково перебирать мои волосы и что-то напевать нежным мелодичным голосом.
— Отдыхай, вестник Разящего Света. Пусть все тревоги и заботы уйдут. Я буду охранять твой сон. Спи…
Эта ночь стала первой за долгое время, когда я спал без сновидений. Под заботливым присмотром кафарель, ласковыми прикосновениями отгоняющей все жуткие кошмары.
***
Что-то оборвалось в груди Аньи, когда едва зримая точка яхты за обзорным стеклом челноке вдруг начала дымить, а потом и вовсе загорелась, войдя в неуправляемое падение к поверхности.
— Ми-Три, что у них происходит?!
