За несколько дней до смерти, Жандр в последний раз приехал навестить друга. – Прости, и до скорой встречи! – сказал он, склонив седую голову.
О судьбе матросов участников Синопа нам, по понятным причинам, известно очень мало. Подавляющее большинство из них, как и их доблестные командиры, пали на бастионах Севастополя. Чудом уцелевшие в севастопольском огне, они доживали свой скорбный матросский век в своих деревушках и в инвалидных домах. Впрочем, история сохранила нам одну поистине удивительную историю.
В 1915 году на дредноут «Императрица Мария», готовящийся к переходу из Николаева в Севастополь, прибыл старик в матросской форме с иконостасом медалей и рундучком в руке. Командиру он вручил свое предписание. Когда тот прочитал поданную бумагу, то невольно встал и сам вытянулся перед стариком. Перед ним был настоящий реликт – последний матрос нахимовской «Императрицы Марии» (которому было уже за 80 лет), присланный служить добровольцем на новый корабль со знаменитым именем. Это была инициатива адмирала Григоровича, который хотел, таким образом, возбудить в команде новейшего линкора дух старой «Марии». Старик, как оказалось, к этому времени овдовел, дети давно разъехались, и он с удовольствием принял предложение морского министра на склоне лет еще раз послужить Отечеству. Чтобы ветеран чувствовал себя при деле, ему поручили помогать вахтенному офицеру у трапа. Как отмечают очевидцы, службу ветеран знал и правил со всей серьезностью. К сожалению, фамилия последнего нахимовского матроса до нас не дошла. В воспоминаниях он фигурирует, как Синопский, именно так все, и офицеры, и матросы звали деда на дредноуте. Разумеется, что команда любила в свободное время порасспросить ветерана о былых делах, тот охотно рассказывал. Впрочем, когда однажды кто-то ему не слишком тактично заметил:
– Видишь, какая у нас, Синопский, мощь, а броня, а пушки! Не то, что на вашей деревянной «Марии»!
Дед очень обиделся, в долгу не остался, и сказал провидчески:
– Как вы еще будете воевать, то это моя бабушка надвое сказала, а вот мы на нашей старой «Марии» турка при Синопе расколотили вдребезги!
При посещении дредноута императором Николаем Вторым ему представили ветерана Синопа, и тот сразу произвел старика в унтер-офицеры.
Доподлинно известно, что при взрыве «Императрицы Марии» в октябре 1916 года Синопский уцелел. Его видели окровавленного, но живого. Дальнейшая судьба ветерана нам неизвестна.
Со времени Синопа ныне минуло уже более двух веков, срок, что и говорить, не малый! С той поры над Россией пронеслось немало иных войн, было одержано немало громких побед. Однако и сегодня мы помним славную Синопскую победу и ее главного героя – Павла Степановича Нахимова.
Адмирал Нахимов… Имя его давно стало олицетворением служения Отечеству для многих поколений россиян. С именем Нахимова связана целая эпоха нашего флота с победой при Синопе, и великой Севастопольской эпопеей. Ни один из отечественных флотоводцев никогда не был, столь обожаем и любим соратниками при жизни, как Нахимов. Ни один не удостоился такой общенародной любви после своей гибели, как он. Нахимова помнят, им восхищаются, его чтят. И сегодня в его честь называют военно-морские училища и улицы, боевые корабли и площади, Молодые лейтенанты надевают свои фуражки с особым шиком «по-нахимовски», а седые адмиралы с гордостью носят на груди как высшую награду моряка – орден его имени.
Мы не знаем и вряд ли уже когда-то узнаем поименно всех героев Синопа, но мы помним главное – они были!
Мы помним Синоп – не только как день нашей победы, но и как день нашей национальной гордости.
2000–2009 гг.
Москва-Севастополь
абордаж – рукопашный бой при сближении противоборствующих кораблей вплотную
аврал – работа на корабле, выполняемая всей командой
балясина – деревянная ступенька штормтрапа
баргоут (бархоут) – пояса окружной обшивки у ватерлинии корабля; они всегда делаются несколько толще, чем остальная обшивка, для более медленного изнашивания
бак – носовая часть верхней палубы
бакштов – толстый канат, вытравливаемый за корму корабля для привязывания шлюпок во время стоянки корабля
бизань-мачта – третья от носа мачта корабля
бимс – балка поперечного набора корабля, поддерживающая настил палубы
бегучий такелаж – все подвижные снасти, служащие для постановки и уборки парусов, подъема и спуска частей рангоута
боканцы – деревянные балки – выстрелы, выступавшие за борт в носовой части парусных судов
брамсель – третий снизу четырехугольный парус; поднимается на брам- стеньге над марсом
брасы – снасти бегучего такелажа, служащие для постановки парусов под определенным углом к ветру
бригрот – парус, поднимаемый на грота-реи, когда нет постоянного грота
бридель – якорная цепь, прикрепленная коренным концом к рейдовой или швартовой бочке
бушприт – горизонтальное или наклоненное рангоутное дерево, выступающее вперед с носа судна
