Когда речь шла о неизбежном банкротство Крайслера, когда коммерческие банки отказались кредитовать компанию, Ли Якокка своим авторитетом продавил правительство США, получил среднесрочный кредит в 2 млрд. долларов, реструктурировал долги, более миллиарда потратил на затыкание дыр, а 700 млн. долл. потратил на разработку принципиально новой модели автомобиля, которая дала прекрасный рыночный эффект. Отнюдь не уменьшая заслуг Ли Якокки как действительно великого менеджера, следует заметить, что двухмиллиардный займ у правительства он брал в самом начале инфляционного цикла, еще, как он сам пишет «полновесными долларами», а вот отдавались долги уже после инфляционного цикла Пола Волкера 1979-1982 годов. Тогда и цены на автомобили в США стали уже другими. Если бы кризис в Крайслере пришелся на более позднее время, например, при стационарном режиме рейганомики, то успехи Ли Якокки были бы менее впечатляющими.
Теперь понятно, что ошибки менеджеров имеют вполне объективные причины, главная из которых – переменчивая внешняя среда. Нельзя осуждать китайских менеджеров, которые инвестировали в 1990-2000-е годы более 50 млрд. долларов в экономику Ливии. Предвидеть революцию, которая обнулит капиталовложения, крайне сложно. Понятие страновых рисков еще никто не отменял.
Но есть одна стандартная менеджерская ошибка, истоки которой лежат именно в плоскости непонимания проблемы потоков и запасов. Речь идет о сельском хозяйстве. Это одна из самых зарегулированных и одна из самых конкурентных отраслей мировой экономики. Зарегулированность отрасли вытекает из заботы национальных правительств о продовольственной безопасности своих стран, отсюда льготы и дотации для села. А конкурентность мирового рынка сельхозпродукции проистекает из политики стран, не располагающих достаточным количеством энергоресурсов, уравновесить свой торговый баланс за счет экспорта сельхозпродукции. Крупнейшие экспортеры продовольствия в мире – это США и Западная Европа.
Когда в 2007-2008 годах США развивали этанольную программу и сократили экспорт зерна, мировые цены на обычную пшеницу 3-4 класса подскочили с 160-180 до 450 долларов за тонну. И это вызвало очень серьезные проблемы в ряде азиатских и африканских государств, вплоть до уличных погромов. Применительно к Египту продовольственный кризис стал просто детонатором свержения правительства Х. Мубарака.
Есть старая английская поговорка о том, что есть три способа разориться: самый быстрый – это игра, самый приятный – это женщины, и самый надежный – это сельское хозяйство. Действительно, сельское хозяйство как объект инвестирования обычно не дает нормальной рыночной отдачи хотя бы в 6-7 процентов годовых. Но в 2000-е годы в среде российских олигархов появилась мода создавать собственные агрохолдинги, имеющие сотни тысяч гектаров земли. Менеджеры с МВА, пришедшие в эти агрохолдинги, ставили перед собой задачу окупать капитальные вложения инвестора (затраты олигарха на создание холдинга) и получать сверху хоть какую-нибудь прибыль. И нигде эта задача не выполнялась.
Стандартная менеджерская ошибка здесь состоит в том, что делается попытка максимизировать поток, в то время, как действительную прибыль дает не поток, а прирост запаса, в первую очередь, в виде стоимости земли. Можно попытаться максимизировать поток: не вносить удобрения, не поддерживать инженерную инфраструктуру, не чинить крышу коровников. Но через 2-3 года земля перестанет родить, а коровы передохнут от холода и гнили. А народ из такого хозяйства просто разбежится в разные стороны.
Но если четко понимать, что главная прибыль – это рост стоимости земли, т.е. реализационная стоимость всего проекта, то логика хозяйствования должна быть совершенно другой. Построить свой склад удобрений с тукосмесительной установкой, поставить собственный миниэлеватор, чтобы не платить за хранение зерна, соорудить цех подготовки кормов, закупить собственную модульную парогазовую электростанцию,, чтобы создать хороший резерв мощности и получать дармовое тепло для отопления. И тогда не только люди разбегаться не будут, но и инвесторы с минипроектами потянутся, какой-нибудь сыродельный заводик или цех по мясопереработке. Понятие концентрических капвложений никто не отменял. Но здесь будут не капвложения, а концентрические инвестиции сторонних инвесторов, для привлечения которых созданы все условия. И все это будет работать на рост стоимости земли. Ведь земля стоит тем дороже, чем больше на ней построено.
Ошибки менеджеров были, есть и будут. Просто инвесторы и собственники должны понимать, что есть риски коммерческие, есть сезонные, есть технические, а есть макроэкономические и страновые. И далеко не за все просчеты должны отвечать именно менеджеры.
Кстати, теория иерархических рисков пока отсутствует. И если ее создать, что давно пора сделать, то взаимоотношения менеджеров и собственников сильно упростятся. Каждый будет понимать, за что именно он отвечает и какие риски принимает на себя, отвечая за них своими деньгами и своей судьбой.
ГЛАВА IV.
