Дрозд достал из-за пазухи цепочку с медальоном и положил её перед Карлом. Тот взял её, покрутил в руках, осмотрел и положил обратно.
– И что это? – спросил он.
– Видишь, цепь пробита. Сразу по приезду я проверил её. Это моя пуля. Эта цепь висела на одном из тех клоунов, что я грохнул.
– И что это нам даёт?
– Глянь на медальон.
Карл ещё раз взглянул на цепь.
– Две палки. Ты не ходи кругами. Дальше что?
– Это не палки. Это бивни, бивни слона. Такие медальоны носили особенно ретивые бойцы, желавшие, чтобы все видели, к какой семье они принадлежат. Карл, ну что ты? Это-то ты должен знать, ну, или догадываться. Бивни!
– Слон?
– В точку.
– Слон умер.
– И все его дела вместе с людьми перешли к его сыну, Радже.
– Ты хочешь сказать, что завалил людей Раджи.
– Именно.
– Чёрт возьми! – воскликнул Карл. – При чём тут Раджа?
– Карл, всё, что мог. Дальше ты мозгуй, ты голова.
– Добро, Дрозд. Навести подружку, вдруг ей чего надо, заодно проведаешь. Я позже к ней загляну, предупреди.
– Хорошо. Я ждал этого приказа. Вот это по мне! Ну, до связи.
– Давай.
Карл опустился в кресло и схватился обеими руками за голову.
– Такого заворота я не предполагал, – вслух произнес он. – Зачем Радже принцесса? Откуда он, вообще, вылез? Так, Гуннар, Шнайдер, МГБ… Шнайдер. Мать твою! Этого не может быть? Это значит…
Карл кинулся к телефону. Он звонил Хайдену.
– Начну сразу, – сказал Карл, как только они встретились и присели в сквере на скамейку, – мне нужна компетентная консультация, а то и помощь.
– Я слушаю, – напряженно произнес Глен.
– Вы ведь знаете всё о делах генерального прокурора и бывшего директора Департамента полиции… Что такое? – Карл запнулся, глядя на собеседника.
Лицо Хайдена обнаруживало явное удивление.
– Месяца четыре назад я кое с кем уже обсуждал эту тему, так, мимоходом… – сказал он.
– Я не буду спрашивать с кем и по какому поводу, но раз вы обсуждали, то вы, наверняка, всё знаете.
– Наверняка всего знать нельзя. Тем более о таких вещах. Что конкретно вас интересует?
– Их конфликт и всё, что было после.
– Конфликт у них возник уже после того, как директор Департамента полиции покинул свой пост. Он занялся бизнесом.
– И это не понравилось прокурору?
– Я не могу сказать, что ему не понравилось. Но он обвинил своего бывшего соратника, хотя вскоре снял обвинения.
– Причина снятия обвинений неизвестна?
– За недостатком улик. По окончании дела, полицейский подал в суд на ряд сотрудников прокуратуры и полиции, обвиняя их в связи с организованной преступностью.
– Это могло быть сделкой между прокурором и полицейским?
– Вполне вероятно, но каков смысл?
– С кем вёл бизнес пенсионер? Кто ему помогал? Он с нуля начинает успешные дела. Не та ли организованная преступность? – предположил Карл
– Так и было, скорее всего, – согласился Глен, – только, разумеется, нет никаких доказательств.
– Они тогда много кого закрыли?
– Да, чистка была масштабная.
– Как вы думаете, они закрыли тех, кто был в курсе махинаций главного полицейского?
– Это основная версия, хоть и неформальная.
– А после он неожиданно погибает, – медленно проговорил Карл.
– Не пойму, к чему вы это всё? – спросил Хайден.
– Вы не знаете, главу Департамента попросили освободить пост? – продолжал спрашивать Карл.
– Уверен, что попросили. Не ушёл бы он сам.
– Имея на посту столько, сколько душе угодно с любого мафиозного потока и не только, чем он мог быть полезен мафии, занимаясь бизнесом?
– Думаю, такого рода пользу приносили именно те, на кого он позже подал в суд.
– Верно, – согласился Карл. – А как вы думаете, всё же, что могло не понравиться его бывшему другу, прокурору.
– Фридрих Шнайдер, – задумчиво произнес Хайден. – Порой мне кажется, что это самый опасный человек в Городе. Что ему могло не понравиться? Думаю, он хотел иметь больше власти, больше контроля над Городом, над той же мафией.
– Продолжайте. – Карл уловил мысль Хайдена, совпадавшую с его предположением.
– Думаю, глава Департамента снимал дань с мафии, в тоже время, используя её в своих целях. Будучи связанным с одним кланом, выходил и разоблачал другой, сталкивал их лбами. А Шнайдер захотел взять это в свои руки.
– В таких делах лучше быть связанным с самым могущественным кланом?
– Это Слон, – запросто ответил Хайден.
– То есть, полицейский был связан со Слоном, а после с ним же вёл дела?
– Думаю, да.
– А Шнайдер арестовал его, заключил сделку, предметом которой было что? – спросил Карл, надеясь на соответствующее продолжение со стороны Хайдена.
– Слон переходил в руки Шнайдера, – закончил Хайден.
– И он же, вероятно, по приказу Шнайдера и убил пенсионера.
– Видимо, да. Можно только гадать.
– То есть, сейчас у Шнайдера есть неофициальная армия в лице самого могущественного мафиозного клана, возглавляемого на сегодняшний день сыном Слона, Раджой. Вопрос: твой босс в курсе?
Хайден задумался.
– Я вот к чему спрашиваю, – продолжил Карл, – если он знал о Слоне, зачем ему нужен был Князь или Змей для ваших игр с наркотиками и политикой?
Карл заметил напряжение на лице Хайдена.
