— А кого ты подозреваешь из мафиози? — спросил вдруг Максим.
— Ты о ком? О Змее? — не понял Ян.
— Кто может быть причастен к убийству Симбы?
— Мафиози, — задумчиво проговорил Гашек. — Симба собирался осуществить массовые аресты этих самых мафиози в прошедшую среду. Но операция была настолько масштабная, что не могла остаться незамеченной, какой бы засекреченной она не позиционировалась. Наверняка, кто-то ненужный в управлении просигналил, и она в итоге сорвалась. Это было в среду. Все подозреваемые ушли на дно и надолго. А Симбу убили сегодня. Вопрос: зачем мафиози убивать старика, когда они без шума могут дождаться его выхода на пенсию? Можно подумать никто не знает о том, что это они. Но, с доказательствами не так все гладко. Есть один из «тузов криминала», Чен, он участвовал в недавней сделке по продаже крупной партии наркотиков. Той, в которой засветился Диего Санчес, коммунист, о котором ты сегодня упоминал, и которого, после ареста всех участников сделки, отпустили за отсутствием состава преступления. Отпустить отпустили, а пятно оставили — мало не покажется. Так вот, Чена тоже отпустили чуть позже, за недостатком улик. И Термита, это ещё один из авторитетов, участвовавший там же, правая рука некоего Князя, убитого с месяц назад, из-за тех же наркотиков. Он умер в КПЗ. Не повезло или наоборот. Одним словом, в итоге отпустили всех, несмотря на то, что все были взяты с поличным. А теперь представь, как бы они испугались, если бы их арестовали просто так, сидящими в ресторане и попивающими водочку. Да плевать они хотели на наши аресты. Поэтому без указания свыше такие вещи никто не творит. А Симба натворил. Он прекрасно понимал, чем закончится сам процесс, но он обязан был исполнить свой долг и со спокойной совестью уйти на пенсию. Не уверен, понимал ли он, чем это все могло обернуться для него самого. Боюсь, в случае успеха его операции, его убили бы ещё раньше. Он был смертником, я уже давно увидел это в его глазах. Тем не менее, он надеялся на спокойную жизнь на пенсии, и даже купил дом на берегу моря. Я не доглядел за ним. А ведь это и моя вина. Он не очень-то хотел с этим связываться поначалу, это мне что-то в мозг ударило, не без помощи твоего Карла, кстати, и я завелся, а потом это передалось Симбе. Чёрт возьми. Ладно…
— Значит, убили его не бандиты? А он хотел арестовать этого самого Чена?
— И Чена, и Змея. Да тебе-то это зачем?
— Я же говорил, всё взаимосвязано. Лучше знать всё и все имена. И ты думаешь, ни Змей, и ни Чен не убивали Симбу?
— Думаю, нет, — ответил Гашек, доставая сигарету. — Со Змеем-то ты как знаком?
— Да, вместе «чалились», — отшутился Максим. Он, как не пытался сохранять спокойствие, всё же не смог незаметно выдохнуть с облегчением. Гашек этого не заметил. Максим продолжил: — Тогда кто?
— Что-то мне подсказывает, что ответ на этот вопрос может знать наш общий друг Карл. Если он и не знает, то может подсказать направление.
— Ты о Драконе?
— Да чёрт его разберет. Не уверен.
— Остается только один вариант.
Гашек прикурил. Максим последовал его примеру.
— Не будем гадать, — сказал Гашек.
— Где-то я это сегодня уже слышал, — вспомнил Максим слова Карла.
«Вот оно счастье. — Максим разглядывал картину Аманды Хаксли. — Вот оно. Море, солнце, пальмы. Где же ты можешь быть? И чего ты от меня хотела? И каким образом ты связана одновременно и с Лебедем и Драконом? И почему ты мне угрожала? Зачем тебе нужно было от меня сначала избавиться, потом познакомиться поближе и так долго со мною быть? Если я не интересен Орденам в качестве донора, зачем ты так пристально за мной наблюдала? Карл понял, что я не тот, кто нужен, потому, что он член Ордена. Ты не поняла, потому, что ты со стороны? Но если ты со стороны, кто ты? А если ты не со стороны, то, что ты знаешь такого, о чём даже Карл не догадывается. Хотя, он, конечно, может, просто не говорит. Бред какой-то. Бред! А ты сентиментальна, раз малюешь такие картинки».
Максим подошёл к зеркалу и взглянул на свое разбитое лицо.
— Ну и рожа у тебя, Шарапов. И ты, папин сынок оказался не так прост, как я думал поначалу. Сегодня последний концерт в логове Дракона. Дракон. Дьявол.
Море, раскинувшееся за окном номера, казалось зловещим и грустным в своей бесконечной серой массе. Дождь перестал моросить и лил по-осеннему — муторно и долго. Сентябрь решил отдохнуть, готовясь к бабьему лету, которое, как Максим слышал, будет продолжаться до середины ноября, после чего снова зарядят дожди. Зима, как он понял, в этом месте представляет собой московскую осень в октябре-ноябре. Солёной свежестью пахнуло через открытое окно, и заставило Максима выйти на балкон.
