Нечто ускорилось, но Каил сжал зубы и не сдвинулся с места. В темноте показались два светящихся огонька, а затем и сам механик. Робот был гораздо крупнее тех, что видел Миронов. Руки, ноги и грудь пришельца обматывали стальные цепи, которые натянулись до предела и не позволили двигаться дальше. Каил столкнулся с механиком лицом к лицу.
– Давай, убей. Ты же этого хочешь? – прохрипел парень. – Не тяни, хренов пришелец!
Миронов расставил руки в стороны, не отводя взгляда от механика. Тот не двигался и тоже смотрел.
Справа от Каила зажёгся свет. Миронов увидел комнату, в которой стоял Главный, и бросился туда с желанием «вцепиться в горло» ублюдку, но врезался в стекло.
– Трус! – прокричал Каил.
Главный ухмылялся и надменно смотрел на парня, который напоминал ему букашку в террариуме.
– Читай мысли механика или я ослаблю цепи.
– Вы думаете, я не пытался? Не могу!
– Читай, если хочешь жить.
Главный разозлился. Эксперимент должен состояться, любой ценой. Мужчина ослабил цепи и механик рванул к Каилу. Миронов замер, оставался непоколебимым перед машиной, прижавшей его к стене. Он не хотел доставить Главному такого удовольствия, как мольбы о помощи и рыдания.
У пришельца из руки «вырос» меч, который он занёс над Каилом. Только Миронов решил проститься с жизнью, как механик резко поехал назад. Робот размахивал руками, в попытках вырваться, но цепи были прочными. Каил с облегчением выдохнул, спустившись по стене на пол.
– Не верю, что не можешь прочитать мысли. Мотивация слабая.
Зажёгся свет, на этот раз слева. Миронов увидел комнату, в которой находился ещё один механик, и рядом с роботом лежала женщина. Каил узнал Спектру и бросился туда, но стекло не давало пройти.
– Отпустите её! Можете меня хоть убить, но её не троньте! Она не при чём.
Ненависть пожирала Миронова изнутри, а страх отдавался громкими ударами сердца. Каил не мог потерять наставницу, допустить её гибель. Он винил себя, что вообще заговорил о механиках.
– Прочитай мысли и тогда сохраню ей жизнь.
Механик подхватил Спектру, желая разорвать на части. Миронов старался, но не мог прочитать мысли и сердце разбивалось вдребезги. Он чувствовал себя бессильным. У механика из груди «выросла» штука, напоминающая бензопилу. Машина поднесла Спектру к ней, и волна гнева накрыла Каила.
– Отпусти! – прокричал он роботу.
Миронов ощутил сильный импульс и время замерло. Мир заменили чёрно-белые разводы и остался только механик. Каил не двигался, но, казалось, что он несётся вперёд на скорости свыше двухсот километров в час, хотя расстояние между ним и врагом не сокращалось. Миронов разглядывал механика и чувствовал, будто смотрит на своё отражение. Они были едины.
Мир снова обрёл формы, и робот кинул Спектру на пол, а затем отошёл. Каил потерял сознание.
12 декабря. Вечер
Каил очнулся на диване в кабинете Главного. Миронов был туго связан по рукам и ногам, а мужчина сидел за столом и вносил записи в блокнот.
– Что со Спектрой?
Главный выдержал паузу, ехидно ухмыляясь. Ему нравилось наблюдать, как мучается Каил.
– С ней всё в порядке. Там была кукла.
– Кукла? Я вам не верю.
Миронов всей душой хотел наброситься на Главного и выбить подлость. Нельзя сражаться с механиками, когда главное зло сидит здесь.
– Скоро сам убедишься. Скажи, тебе и правда удалось управлять механиком?
В мужчине зажегся азарт и это не предвещало ничего хорошего. Он сначала не верил Каилу, но потом допустил возможность единства человека с машиной. Главный назвал феномен синтезом, и ему стало интересно, на что ещё способен Миронов.
– Наверное, механик поломался. Я тут не при чём.
– Механики никогда не ломаются. Ты управлял им. Поразительно! И ты можешь быть опасен.
– Чем? Я сейчас не в том положении, чтобы нападать.
– Есть мысли, что у тебя с механиками возможна обратная связь. То есть, они тоже способны тобой управлять. Я не уверен, нужны ещё опыты.
Ещё опыты Каил бы не перенёс. Он чувствовал, будто из него вытянули всю жизненную энергию.
Дверь распахнулась, и в комнату вошла Спектра. Она выглядела рассерженной, но не теряла самообладания.
– Больше никаких опытов. Я всё слышала. Если окажется, что Миронов опасен – лично его убью, но издеваться не позволю.
За себя она никогда не заступалась перед начальством, но Каила решила защитить. Он не заслуживал быть подопытной крысой. Никто не заслуживал.
– Спектра, не вмешивайся, – попросил Главный.
– Вы сами приказали заботиться о нём. Опыты доведут его до смерти.
– С каких пор тебя беспокоит чья-то жизнь? – удивился мужчина. – А, впрочем, забирай его. Я достаточно узнал… на данный момент.
Спектра была права: Каил недостаточно силён для следующего вступления в синтез. Терять подопытного Главный не хотел, тем более парень был единственным в своём роде.
