Но был еще один фактор, придающий
Особенно трудно было неискушенному уму ребенка перенести превращения, происходившие с обычно недоступной, почти божественной фигурой директора школы или молодого учителя, который в обычное время являл собой идеал ревностного искателя знаний. Во время
Комментарии, как говорится, излишни. Единственное, что хотелось бы подчеркнуть, это что подобное поведение характерно не только для японского, но и для всех других традиционных празднеств. Все становится шиворот-навыворот. Запрещенное становится разрешенным, постыдное — приемлемым и т. п. Объяснений такому поведению выдвинуто множество различными теоретиками, начиная от француза Дюркгейма и кончая русским Бахтиным. Только их перечисление потребует изрядного количества страниц, поэтому интересующиеся могут удовлетворить свое любопытство, обратившись к первоисточникам.
Не является это и особенностью «загадочного Востока». Все эти античные сатурналии, вакханалии, сохранившиеся в наши дни маскарад, Марди Грас и прочие развлечения западного мира, включая и славянскую ночь на Ивана Купала, отнюдь не дань темным временам, а отражение неких фундаментальных потребностей человеческого общества даже в его «цивилизованном» состоянии. Конечно, современное общество старается ввести это буйство в рамки закона, и до определенной степени это удается, но дух молодечества и лихачества, столь характерный для праздничных игрищ, продолжает жить.
