Синто полностью

Для третьего типа привидений у меня есть пример относительно свежий. Об этом случае писала газета «Майнити синбун» в 1960 г. Правда, само событие произошло на 20 с лишним лет раньше в городишке Сиода, что в префектуре Сага. Группа из 5 девушек усердно репетировала традиционный танец к какому-то летнему празднеству мацури. В самый канун их выступления одна из них тяжело заболела и все повторяла, что хотела бы умереть танцуя. Но этому желанию не суждено было сбыться, и девушка скончалась просто на больничной койке.

Наступил день празднества, и когда подошла их очередь, четыре девушки поднялись на сцену и начали исполнять свой номер. Вдруг та, что оказалась на обычном для усопшей месте (а она всегда танцевала второй слева), почувствовала какое-то препятствие. Только когда она отступила в сторону, как бы освободив место для невидимого партнера, все пошло гладко. Сфотографировавший этих четырех девушек доктор, проявив фото, с удивлением обнаружил, что на втором слева месте едва виднеется еще одно лицо. Когда он показал фотографию девушкам, те были в шоке — это было лицо их умершей подруги.

История, иллюстрирующая представления о четвертом виде привидений, которые есть духи, покидающие на время еще живое тело, вновь напомнит нам гоголевский сюжет, на этот раз историю о панночке и Хоме Бруте. Как и в предыдущей истории, главное действующее лицо врач. Как-то раз, возвращаясь со службы, доктор увидел перед собой некое зеленоватое облачко размером сантиметров в 30, сновавшее перед самым его носом. Вооруженный, как всякий истинный джентльмен двадцатых годов, тросточкой, Накамура попробовал с ее помощью сбить навязчивый объект, отчего тот ретировался и скрылся в воротах одного из домов. Почти сразу после возвращения домой врач получил срочный вызов. Отправившись по указанному адресу, он обнаружил, что это тот самый дом, куда скрылся зеленоватый объект. Когда врач вошел в комнату больной, та, увидев его лицо, коротко вскрикнула и спряталась под одеялом, наотрез отказавшись подвергнуться осмотру. Пришлось посылать за другим доктором. Ему больная призналась: «Тот человек повел себя со мной жестоко. Когда я гуляла, он ни с того ни с сего схватил свою трость и ударил меня по плечу. Я едва успела убежать!» На плече больной вновь призванный врач и в самом деле увидел огромный синяк.

В заключение весьма коротко подведем итоги вышеизложенного. Надеюсь, читатель сам убедился на приведенных примерах, сколь зыбка граница между «настоящими» ками и всей так называемой «нечистью». Но это опять-таки не является особенностью синто, а есть черта, характерная для всех общинных религий, в которых четкой границы между священным и обыденным, человеческим и природным, живым и неживым попросту нет и быть не может по определению. Известный исследователь верований японцев Миякэ Хитоси в своей книге «Народная религия Японии» (Нихон-но миндзоку сю:кё:) пишет, что японец ищет покровительства у божеств земли, плодородия, обожествленных предков, божеств определенной местности, а также божеств животных, которые прислуживают вышепоименованным ками, и чтобы получить такое покровительство, «почитает» (мацуру) их. Те из них, что лишены этого почитания, приносят людям напасти и воспринимаются как чудища («природные» или «животные» ками) либо привидения («человеческие» ками). Узнав с помощью гадания или спиритического сеанса «спускания» духа причины напастей, человек либо изгоняет вызвавших их духов с помощью магических средств, либо, напротив, начинает почитать их, превращая прежние злые силы в благоприятствующих покровителей-ками. Из этого мы можем сделать вывод, что граница между ками и чудищами, а также прочими инфернальными сущностями не только зыбка, но и подвижна: не только чудища, оборотни и привидения могут «превратиться» в ками, но и наоборот — обойденный вниманием ками может стать чудищем или привидением.

О зыбкости границы между ками и нечистью свидетельствует существование специального слова, которое, по мнению японского исследователя Накамура Тэйри, как раз и обозначает сверхъестественные сущности в их переходном состоянии между «благом» и «злом». Это слово онигами, что можно перевести как «чертобог». Пожалуй, в этом понятии как ни в каком другом сконцентрировалась вся суть представления о сверхъестественном в синто как не имеющем однозначно положительной или отрицательной природы, но в любом случае требующем должного внимания и почтения со стороны человека. Эти-то правила и ритуалы обращения со сверхъестественным, священным как раз и есть синто per se.