Сёгун полностью

«Нет! – хотелось крикнуть Феррьере. – Я мечтал поглядеть, как он будет тонуть». Человек за бортом в море на рассвете – так просто, ни следов, ни свидетелей. Торанага никогда не догадается – просто трагическая случайность. И это было то, что заслужил Блэкторн. Генерал-капитан знал, какой ужас таит в себе смерть в море для капитана.

– Нан дзя? – спросил Торанага.

Отец Алвито объяснил, что капитан на галере и почему. Торанага повернулся к Марико, которая кивнула и подтвердила то, что раньше сказал Родригес.

Торанага подошел к борту и вперился в темноту пристальным взглядом. От северного берега отплыли новые рыбачьи лодки, скоро подойдут и другие… Он понимал, что Андзин-сан представляет собой помеху и боги подсказывают простой способ избавиться от нее, если он, Торанага, того желает. «Хочу ли я этого? Конечно, священники-христиане будут безмерно рады, если Андзин-сан сгинет, – подумал он. – А также Оноси и Кияма, которые так боятся этого человека, что кто-то из них или оба пытались подослать к нему убийцу. Откуда такой страх?

Это карма, что Андзин-сан теперь на галере, а не здесь, в безопасности. Так ли? То, что Андзин-сан отправится на дно вместе с кораблем, вместе с Ябу и другими, вместе с ружьями, – это также карма. Ружья я могу потерять. Ябу тоже. Но Андзин-сана? Да. Потому что у меня есть еще пока в запасе восемь чужеземных варваров. Может быть, их общее знание равно тому, которым обладает один этот человек, или даже превосходит ведомое ему. Очень важно как можно быстрее вернуться в Эдо, чтобы подготовиться к войне, которой никак не избежать. Кияма и Оноси? Кто знает, поддержат ли они меня? Может быть, поддержат, может быть, нет. Но кусок земли и некоторые посулы – пустяк по сравнению с тем, что будут значить христиане, если они перейдут на мою сторону через сорок дней».

– Это карма, Цукку-сан. Так ведь?

– Да, господин. – Алвито посмотрел на генерал-капитана очень довольный. – Господин Торанага считает, что ничего не поделаешь. Это воля Бога.

– Да?

На галере внезапно забил барабан. Весла с силой ударили о воду.

– Что он делает, боже мой?! – взревел Феррьера.

Наблюдая за галерой, уходящей прочь, они вдруг увидели: флаг Торанаги пополз вниз с вершины мачты. Родригес заметил:

– Похоже, они извещают эти проклятые рыбацкие лодки в гавани, что господина Торанаги на борту больше нет.

– Что он собирается делать?

– Я не знаю.

– Не знаете? – не поверил Феррьера.

– Нет. Но я бы на его месте вышел в море и оставил нас в этой помойной яме или, по крайней мере, попытался так сделать. Англичанин попал в точку. Что будем делать?

– Вам приказано идти в Эдо. – Генерал-капитан хотел добавить: «Если протараните галеру, тем лучше», но удержался, так как их разговор слушала Марико.

Священники отправились на берег в баркасе.

– Поднять все паруса! – крикнул Родригес. В сломанной ноге его пульсировала боль. – Зюйд-зюйд-вест! Всем наверх!

– Сеньора, пожалуйста, скажите господину Торанаге, что ему лучше бы спуститься вниз. Так будет безопасней, – попросил Феррьера.

– Он благодарит и говорит, что останется здесь.

Феррьера пожал плечами и подошел к краю юта.

– Зарядить все пушки. Крупной картечью! По местам!

– Исогу! – кричал Блэкторн, заставляя старшего над гребцами увеличить темп.

Он оглянулся на фрегат, который надвигался на них, идя в крутой бейдевинд под всеми парусами, потом снова посмотрел вперед, прикидывая, каким будет следующий галс. Он решал, правильным ли был его расчет: здесь очень мало пространства для маневра, совсем близко утесы, так что от удачи до несчастья всего несколько ярдов. Зависимый от ветра парусник, чтобы приблизиться ко входу в гавань, должен был идти галсами, в то время как галера могла двигаться как заблагорассудится. Но фрегат имел преимущество в скорости. На последнем галсе Родригес дал понять, что галере лучше бы уйти с дороги: «Санта-Терезе» потребуется свободное пространство.

Ябу опять что-то залопотал, но Блэкторн отмахнулся:

– Не понимаю. Вакаримасэн, Ябу-сан! Слушайте, Торанага-сама сказал: ты, Андзин-сан, ити-бан има! Я теперь главный капитан! Вакаримас ка, Ябу-сан? – Он указал курс по компасу японскому капитану, который пытался жестами привлечь его внимание к фрегату всего в пятидесяти ярдах за кормой, быстро догонявшему их на другом курсе, грозящем столкновением.

– Держи курс, ради Бога! – рявкнул Блэкторн.

Бриз заставлял его ежиться в мокрой одежде – это было неприятно, но проясняло голову. Он поднял взгляд на небо: луна яркая, вокруг ни облачка, ветер благоприятный. «Отсюда опасностей ждать не приходится, – подумал он. – Боже, пусть луна светит, пока мы не проскочим!»

– Эй, капитан! – позвал он по-английски. Какая разница, говорит он по-английски, по-португальски, по-голландски или на латыни? – Пошли кого-нибудь за саке! Саке! Вакаримас ка?

– Хай, Андзин-сан.