Сёгун полностью

– Конечно. Одна последняя подробность, Марико-сан. Нагасаки не подчиняется господину Торанаге?

– Нет, Андзин-сан. Порт и окрестности принадлежат господину Хариме.

– Вот как! Разве не иезуиты управляют портом и всей торговлей? – Блэкторн отметил, что Марико переводит неохотно, но продолжал настаивать: – Разве это не хонто, Марико-сан? И разве господин Харима не католик? Разве остров Кюсю не вотчина католиков? И стало быть, разве не иезуиты – в некоторой мере – хозяева острова?

– Христианство – религия. Даймё управляют своими землями, Андзин-сан, – возразила Марико от себя.

– Но мне сказали, что на самом деле Нагасаки – португальская земля. Сказали, что португальцы распоряжаются там, как у себя дома. Разве отец господина Харимы не продал эту землю иезуитам?

Голос Марико стал строже.

– Да. Но тайко забрал ее обратно. Ни одному чужестранцу не дозволено владеть нашей землей.

– Но разве тайко не приостановил действие своих эдиктов? Разве теперь там может что-то произойти без разрешения иезуитов? Разве не они контролируют все перевозки в Нагасаки? Разве не они ведут для вас всю торговлю, действуя в качестве посредников?

– Вы очень хорошо осведомлены о Нагасаки, Андзин-сан, – поддела она.

– Может быть, господину Торанаге следует подчинить порт своей власти? Может быть…

– Они ваши враги – не наши, Андзин-сан, – парировала она. – Иезуиты…

– Нан дзя?

Она с виноватым видом повернулась к Торанаге и перевела их пикировку, а когда закончила, даймё заговорил очень строго, явно пеняя ей за что-то.

Марико объяснила:

– Господин Торанага напоминает мне, что мое мнение несущественно и что переводчик должен только переводить. Пожалуйста, простите меня.

Прежде Блэкторн извинился бы за то, что подловил ее. Но сейчас это не пришло ему в голову. Однако, довольный тем, что добился своего, он рассмеялся:

– Хай, кавай Цукку-сама! (Да, милая госпожа переводчица!)

Марико криво улыбнулась, злясь, что позволила загнать себя в ловушку; ее сознание разрывалось между верностью религии и даймё.

– Ёй, Андзин-сан, – подхватил Торанага, уже более добродушно.

– Марико-сан кавай дэсу Цукку-сан ёри таносий ка нори масэн, нэ? (Марико-сан много красивее старого Цукку-сана, не так ли, и намного приятней?)

Торанага хохотнул:

– Хай.

Марико вспыхнула и налила чая, немного успокоившись. Потом Торанага заговорил серьезно.

– Мой господин спрашивает, почему вы задаете так много вопросов о господине Хариме и Нагасаки.

– Только чтобы показать, что порт Нагасаки на деле управляется чужестранцами. Португальцами. И по нашим законам я имею право атаковать врага в любом месте.

– Но это не «любое место», говорит он. Это Земля богов, и такое нападение немыслимо.

– Согласен всем сердцем. Но если господин Харима станет его врагом – или иезуиты, которые руководят португальцами, – это может послужить действенным способом борьбы с ними.

– Господин Торанага говорит, что ни он, ни другие даймё не позволят чужестранцам сражаться друг с другом на японской земле или убивать кого-либо из наших людей. Биться против врагов императора – другое дело. Что касается солдат и команды, то человеку, говорящему по-японски, легко набрать любое их количество. На Кюсю много вако.

– Вако, Марико-сан?

– Ах, извините! Мы называем пиратов вако, Андзин-сан. У них много укрытий вокруг Кюсю. Тайко почти покончил с ними, но кое-кто уцелел, к сожалению. Вако наводили ужас на побережье Китая несколько столетий. Это из-за них Китай закрыл для нас свои порты. – Она передала сказанное Торанаге, который заговорил опять, еще эмоциональнее. – Он никогда не позволит вам вынашивать или осуществлять замыслы нападений на нашей земле, хотя признает, что, с вашей точки зрения, было бы вполне справедливо напасть на врагов вашей королевы в наших морях. Он повторяет: «Только не здесь, где-нибудь в другом месте». Это Земля богов. Вы должны быть терпеливы, как он замечал раньше.

– Да. Я намереваюсь быть терпеливым, по вашему обычаю. Я только хочу уничтожать врагов, потому что они враги. Я всем сердцем уверен, что они ваши враги тоже.

– Господин Торанага говорит, португалец также считает, что вы враг. Цукку-сан и отец-инспектор уверены в этом.

– Если бы мне удалось захватить черный корабль в море и привести его в Эдо как законную добычу, под английским флагом, разрешили бы мне продать его и груз в Эдо?

– Господин Торанага не считает это невозможным.

– Если придется воевать, позволят ли мне атаковать врага, врага господина Торанаги, как я сочту необходимым?

– Он говорит, что это обязанность хатамото. Хатамото выполняет личные приказы господина Торанаги. Мой господин хочет, чтобы я объяснила вам, что все дела в Японии всегда будут вестись по-японски.

– Да. Понимаю. Со всем смирением я желал бы только указать, что чем больше я узнаю про его затруднения, тем больше хочу помочь.

– Он говорит, это долг хатамото – помогать своему господину, Андзин-сан. Он ответит на любые вопросы, которые у вас появятся позже.