«Присутствуют тт. Уншлихт, Каменев, Курский, Ягода, Агранов.
Слушали: списки антисоветской интеллигенции.
Постановили:
а) утвердить с поправками;
б) врачей Израильсона, Гуткина, Анцель, Збарского, Бронштейна, Каргенса, Соловейчика… (всего 11 человек. — Л. Ж.) выслать в административном порядке в северные или восточные губернии Республики для использования по специальности сроком на 2 года;
в) всех остальных лиц… выслать за границу как лиц, не примирившихся с советским режимом в продолжении почти 5-летнего существования Советской Власти, продолжающих контрреволюционную деятельность в момент внешних затруднений для Советской республики;
г) произвести арест намеченных лиц, предъявить им в 3-х дневный срок обвинение и предложить выехать за границу за свой счет. В случае отказа… выслать за границу за счет ГПУ. Согласившихся выехать освободить от стражи.
Председатель Уншлихт Секретарь Агранов. (АПРФ, подлинник, машинопись. Цит. по „Лубянка. Сталин и ВЧК-ГПУ-ОГПУ-НКВД, 1922–1936 гг.“)».
В документе перечислены 173 фамилии. Очень не хочется огорчать Явлинского, но, как видите, ни одного антисоветчика и контрреволюционера не расстреляли. Может быть, потому что указанное решение комиссии Уншлихта должно было утверждаться на Политбюро в присутствии Сталина?
Казалось бы, вполне либеральное решение, но изверг Сталин и здесь нашел причину для демонстрации своей жестокости, и Политбюро по настоянию Сталина внесло изменения в резолюцию комиссии, а именно:
«…арестовать же только тех, относительно которых имеется опасение, что они могут скрыться…» (там же, стр. 58).
1. «Веха террора» под названием «физическое уничтожение оппозиции» тоже требует небольшого дополнения.
Антисталинист Рой Медведев в статье «Наш иск к Сталину» сообщает, что
«первая волна массовых репрессий прошла уже в 1927–1928 гг., после победы Сталина над объединенной „левой“ оппозицией. Жертвами ее стали тогда десятки тысяч троцкистов и зиновьевцев, высланных в отдаленные районы страны, помещенных в политические изоляторы, исключенных из партии и изгнанных с работы. Почти все они в 1930–1933 гг. вернулись к прежней профессиональной деятельности»… (Цит. по «Страницы истории», 1988 г., стр. 141).
Как же так? Неужели опять ни одного оппозиционера не пристрелили хотя бы для острастки?
Вот она — звериная жестокость Сталина. Вместо того, чтобы милосердно расстрелять всех этих троцкистов с зиновьевцами, дабы не мучились, тиран цинично добивается их увольнения с насиженных и хорошо прикормленных мест, а через год-два снова принимает их в партию, назначает на руководящие посты, хитро сделав вид, что поверил их обещаниям не противодействовать построению социализма в одной отдельно взятой стране, наплевав на мировую революцию.
2. Г. Явлинский справедливо негодует:
«Абсурдные процессы против военных накануне нашествия на страну гитлеровских полчищ».
