Можно подумать, у него есть возможность не «подслушивать» теперь, после того, как она попросила привести этого Сирахаму на Арену!
+++
Домой я добрался в полночь. И сразу свалился спать, помотав головой на предложение поужинать...
- Суп-пюре, Кенчи! Для настоящих кроликов-пьен! - Попытался достучаться до моего разума отец. - А хотя, тебе, наверно, и не нужно уже... Как-то обошелся...
Мать чуть стрельнула эмоциями... наверно, обратила внимание на покусанные припухшие губы.
- Как ты себя чувствуешь, Кенчи? - Забеспокоилась она.
- Хорошо, ма! - Я улыбнулся и, судя по тому, что мать чуть осуждающе покачала головой, улыбка у меня была несколько... неадекватной.
- Лимончик зажуй. - Посоветовал отец и объяснил матери в ответ на ее немой вопрос. - Сатоши поделился. Рецепт от самого Рю-доно!
- Сынок, - Мать обеспокоенно улыбалась. - Ты только не торопись нас бабушкой и дедушкой делать, ладно? - И обратилась к мужу. - Дорогой, поговори потом с сыном, хорошо? Пестики, тычинки, средства контрацепции... и все такое...
Родители у меня - просто чудо!
Белый комбинезон пришлось выкинуть - он был порван и на нем была кровь - мне расквасили нос, а я... стыдно признаться - прокусил ей губу... И черт с ним, с комбинезоном! За ТАКОЕ - не жалко!
Я был опустошен и спокоен. Любил весь мир и никого не хотел убивать - ни Рююто, ни мастеров... ни каких других злодеев. И ломать ничего не хотел.
То, что произошло («Йаху-у-у, Старик! Это все-таки произошло!»)... наверно, со стороны это выглядело, как жестокое изнасилование... если бы не чувство столь же всепоглощающего животного желания со стороны противника... противницы. И - кто кого насиловал - большой-большой дискуссионный вопрос.
Неделю надо будет прятать спину ото всех. Особенно, от своих. А еще - плечи и запястья - там такие «часики» сейчас от ее зубов.
И - расстались мы как-то странно. Не глядя друг на друга, но не испытывая при этом никакого неудобства! Собрали обрывки одежды, кое-как нацепили... Будто так и надо! Как незнакомые люди. Будто не катались только что в обнимку с воем и рыком по мягкому настилу ринга, срывая друг с друга зубами одежду.
+++
- Кенчи, ты спишь? - Ровно двадцать секунд. - Кенчи, ты спишь? - Еще двадцать секунд. - Кенчи, ты спишь?
- Сигурэ-сэнсэй, я не сплю. Вы под кроватью... Одеты. Сегодня от вас пахнет ромашками - вы чем-то расстроены?
- Тебя... потеряли... испугались.
- Я нашелся, Сигурэ-сэнсэй. Со мной все в порядке. Не беспокойтесь, пожалуйста. Вы же уже сообщили остальным, что я нашелся?
- Эсэмэскнула.
- Вы все равно чем-то еще расстроены, Сигурэ-сэнсэй.
Под кроватью что-то очень тихо прошелестело и «пустота» возникла уже рядом, у кровати. Я ощутил на лице и груди легкое дыхание «мастерицы любого оружия». Меня... обнюхивали.
- Другая... - Снова обнюхивание. - Сильная... Но первый... размер... Пф!
Вот как...?! Как?!
- Да, Сигурэ-сэнсэй. Надеюсь, это останется между нами?
Тихо щелкнуло и на стене зажегся маленький ночник, осветив черную тканевую сеточку, закрывающую лицо Сигурэ. Мне протягивали...
- Новенький... нецелованный.
... пистолет. Я осторожно принял оружие.
Если я хоть чуть-чуть разбираюсь в женщинах, то...
- Ах, какая прелесть, Сигурэ-сэнсэй! Калибр - «девять браунинг», кажется, да? А щечки - это ведь... камень? Надо же! Какая удобная рукоятка... Можно я угадаю... Мальчик? - Сияющая Сигурэ обрадовано закивала. - Эх, еще бы проверить легкость спуска и точность боя! Но, разумеется, это должен делать только МАСТЕР! Ось ствола идет очень низко - наверно, даже не будет подбрасывать после выстрела... Эх, пострелять бы из него! Очень миленький ствол, Сигурэ-сэнсэй! Вам очень-очень идет!
Я протянул оружие искрящейся от удовольствия Сигурэ, и пистолет буквально испарился из рук.
- Останется... между нами... теперь... - Решила Сигурэ.
- Сигурэ-сэнсэй, первый размер ведь вам не соперник... Значит, вас что-то еще беспокоит?
- Миу...
Сердце забилось чаще, тело бросило в жар. Если с Миу что-то случилось... если мастера ее подставили для очередной активации... ее или моей...
- Что случилось?!
- Не разговаривает... - Печально буркнула Сигурэ. - Не замечает... игнор... блек-лист... бан-хамер!
Приложив все силы, чтобы не показать облегчения и не улыбнуться, я уточнил:
- Из-за фотографий?
Сигурэ грустно кивнула.
- Уверен, что-то можно сделать.
- Что? - Жадно наклонилась вперед Сигурэ.
Мне показалось, что в руке ее появилось что-то черное, удлиненное... острое. Но тут же пропало.
- На Новый год. Но вы должны сделать все, что я скажу!
- Что угодно... - Голос Сигурэ обрел рычащую глубину, с которой мое тело самостоятельно попыталось войти в резонанс. Который еще и усугублялся ноготком, начавшим свое движение от подбородка вниз по груди. - Только скажи... пр-р-роказник...
- Не-не-не... - Я торопливо натянул оделяло. - Не в этом смысле... Просто помириться с Миу можно только при вашем участии, Сигурэ-сэнсэй. И... этот подарок, который я сделаю, преподнесете вы... У вас получится, как ни у кого другого!
Сигурэ кивнула, мечтательно улыбаясь. Помолчала и спросила:
- Вернешься... когда?
