В салоне автомобиля девушки меня облепили... причем, все. То есть, от Миу это было ожидаемо (она завладела правой рукой). От Ренки - тем более (завладела левой). Но когда и Мисаки не пожелала сидеть рядом с водителем, а залезла на заднее сидение и плюхнулась мне на колени...
Представьте себе картину... да-да... руки надежно заблокированы, а на коленях елозит эта ящерка, на которую я любовался всего полчаса назад, стравливая между собой две армии - «здоровые реакции мужского организма в вопросах размножения» и «морально-этические аспекты близкородственных браков».
Таксист - хладнокровный индус - посмотрев в зеркало заднего вида, все-таки не выдержал и вывалился из нирваны, округлил глаза, сбросил скорость и поехал медленно-медленно... Наверно, рассчитывает на утроенные чаевые.
Закрыв глаза, я провалился в медитацию.
- Хитрец, - шепнула Ренка.
Правда, растормошить меня девушки не пытались... во-первых, медитация - это серьезно, во-вторых, похоже, их и самих разморило в теплом салоне.
+++
- Ученичек-ля! Ты мне так сцепление спалишь! - Меня накрыло жаждой крови, я тут же отпустил сцепление (а грузовик сзади чуть вильнул - водителю, видимо, тоже досталось от Сакаки). - Кенчи! Вот насколько у тебя появились успехи в боевых искусствах, настолько же ты ламер в вождении мотоцикла! Может, ну его, а?
Этим вопросом Сакаки терроризировал меня постоянно. Не то, чтоб ему было скучно возиться с «ламером», но, по его словам, это являлось «необходимым элементом психологического давления в рамках тренировочного процесса»... И я даже знал автора этой монументальной формулировки.
- Ни-ни-ни... учиться и еще раз учиться!
Сакаки притворно вздохнул.
- У того магазина тормозни...
Я притормозил у продуктового магазина.
- Балда! - По шлему тут же шлепнула ладонь. - Поворотник за тебя кто будет включать? Дедушка Фуриндзи?
Сакаки слез с пассажирского места, бросил мне свой шлем и, буркнув «Жди!», направился в магазин. Через минуту «мастер сотого дана» появился с небольшим пакетом, в котором что-то многообещающе позвякивало.
- Смотри сюда... Обходить препятствие и обгонять надо без сбрасывания скорости. Едешь-едешь и - вжик! - обходишь. Это ж не машина-четыре-колеса, это - мо-то-цикл! Чуть тормознешь - сядешь на чужой капот - сзади не увидят, что ты притормаживаешь. Особенно ночью - «стоп»-то сзади у тебя только один - по нему водитель расстояние до тебя не определит. Или полетишь дальше отдельно от мотоцикла. Напротив, если резко ускоришься - создашь опасную ситуацию... а ты на дороге не один, прикинь!
Пшыкнула открываемая банка...
- Сакаки-сэнсэй, только не говорите мне, что...
- А что такого! Ты за рулем, а я - пассажир. Давно мечтал! Попадешь в ДТП - затащу в Редзинпаку и отдам на съедение злому Старейшему... он, в последнее время любит по додзё в твоем глупом новогоднем подарке расхаживать. Плетку, кстати, он у Сигурэ другую взял вместо той, бутафорской. Nagayka. Будет рад новому актеру кукольного театра. Ты чем думал, когда ему такой подарок делал, а? Салабон!
Обратный путь в семьдесят пять километров по высокоскоростным трассам и по узеньким улочкам я попытался проделать очень-очень-очень осторожно... Что-то заставляло со всей серьезностью отнестись к угрозе Сакаки сделать из меня Буратино и отдать новоиспеченному Карабасу-Барабасу.
+++
- Шакти-сама, мы договорились? - Напряженно улыбнулся Асамия Орочи.
Разговор происходил в одной из двадцати закрытых лож вокруг Арены. До начала поединка оставалось минут десять-пятнадцать. В огромном зале уже собирались зрители, стоял гул разговоров, звучала «фоновая» музыка... кажется, радио «Счастливчик».
- Это Арена, Асамия-джи. - Ласково пропела собеседница.
Смуглокожая и очень красивая женщина сделала плавный жест рукой в сторону, звякнув многочисленными браслетами. Глава клана Асамия судорожно выдохнул - настолько этот жест был... чарующим и чувственным.
- Да-да, я понимаю, Шакти-сама!
- На Арена мой ученица постараться убить его, да. Но убить ли получиться? Понимать, Асамия-джи, да?
Орочи с готовностью кивнул - это было даже больше, чем то, на что он рассчитывал. И осторожно предложенные деньги (огромная сумма!) были вежливо, но твердо отвергнуты: «Это Арена, Асамия-джи!»
Асамия по-европейски приложился к смуглой ручке, разрисованной каким-то рисунком и несущей тонкий цветочный аромат, а после - почтительно поклонился и вышел из ложи.
Шакти Рахманн посмотрела в сторону пустой пока Арены и усмехнулась.
- Учитель? - Послышалось из-за спины.
- Ты все слышала, Лин. - Безо всякого акцента ответила Шакти. - Нас, видимо, спутали с Гасящими. Все остается по-прежнему. Это - Арена. Это мир боевых искусств... - Она покачала головой и с усмешкой повторила. - Надо же - спутать нас с нашими врагами, Гасящими! Вырвать бы ему сердце за такое, но уж очень у него дочурка миленькая... И как у такой змеи подколодной могло вырасти... такое чудо расчудесное? И реформы в клане уже сколько лет продавливает... Удивительно! Вот, что значит политика! - Шакти встрепенулась. - Ты должна убить своего противника!
