Ходил он за мной долго, пытаясь затащить в свой клуб. Но год назад, узнав, что теперь я тренируюсь в Редзинпаку-рю, отступил и ободряюще потрепал за плечо: «Примите наши соболезнования, Сирахама-кун!» И с тех пор периодически вот так вот вылавливает меня, чтобы...
- А по какому, собственно, вопросу?
- Да все по тому же, - Развел он руками. - Внутренний чемпионат.
- Упорный ты, Цукуба... - Начал я, придумывая формулировку отказа.
Я, честно говоря, был совсем не в настроении после явления Асамия группе. И уже хотел сходу отказаться, но потом пришла идея:
- ... После обеда. Могу сказать, что ваши поползновения могут иметь шанс на успех, Сайдзо-сан!
Цукуба обрадовался... Рано обрадовался - он же еще не знает моих условий!
- Ну, тогда до «после обеда», Сирахама. Не сдавайся!
- Ты о чем? - Слабо удивился я, уже примерно представляя себе...
Не ошибся:
- Говорят, у Фуриндзи жених нарисовался. Из клановых. Крутой, как гора Фудзи. Так что проблемы у вашего «твикса», парень!
- Кто говорит?
- Все! - Меня дружески двинули кулаком в плечо. - До «после обеда», Сирахама! Ты обещал!
Вот так. Асамия начинает потихоньку готовить почву... для решительных действий. Коз-з-зел!
+++
- Вы позволите?
Мы сидели в студенческой столовой, но обеды употребляли свои, принесенные из дома. Сели рядышком. И не только для того, чтобы побаловаться этим «Скажи а-а-а». Хотя Миу и скормила мне несколько особенно аппетитных на ее взгляд кусочков... Сегодня она делала это демонстративно.
Рююто, действительно, дождался, когда наши коробки опустеют, ловко вырвался из окружения девиц, желающих с ним завязать разговор («Японский султанат, японский султанат, ах, какие ретрограды, какие замшелые... А сами липнут, как мухи, доказывая, что личная свобода средней японке не так уж и нужна!»), и через пять секунд текучего и плавно-стремительного, змеиного, перемещения между столиками оказался возле нашего. Положил руку в белой перчатке на противоположный от нас стул.
Миу, снова испугавшись, схватилась под столом за мою руку. Сама! Этот жест не укрылся от Рююто. В эмоциях: досада, недовольство... собой. И уверенная решительность.
Я, наконец, рассмотрел значок на лацкане его пиджака: маленький камон клана Асамия - змея в гексагоне, красный фон, серебряные линии рисунка.
- Вы позволите? - Поклон. - Асамия Рююто. Будем знакомы еще раз...
Я, сжав на секунду ручку Миу, осторожно высвободил свою руку и поднялся:
- Сирахама Кенчи. - Поклонился. - Моя спутница - Фуриндзи Миу-сан.
- Приятно познакомиться, Асамия Рююто-сан! - Улыбнулась девушка, не вставая... ну, если б я не видел ее эмоции, то решил бы, что ей, действительно, приятно.
- Вы позволите присесть, Сирахама-сан?
«Плохо! Очень-очень плохо!»
«Почему, Старик? Пока все - очень мирно и вежливо»
«Потому что он воспринимает меня всерьез! По умолчанию! Это очень-очень плохо!»
- Конечно, Асамия-сан.
Мгновение - и Рююто уже сидит на стуле... будто с утра на нем сидел и даже попу себе отсидеть успел.
«Не понял! Старик, что это было?!»
«То, что я тебе говорил: одна-две секунды в случае драки и мы - труп. Так что держи в узде эмоции, понял?»
«А чего - чуть что, так сразу я?!»
Рююто прокашлялся, сложил руки домиком и уткнулся в них носом, пустив очками зайчик. Я не выдержал и тихо хмыкнул.
- Сирахама-сан? - Взлетели брови за очками после секундного удивления.
- Не обращайте внимания... Икари-доно!
Трехсекундное недоумение и... Рююто весело и откровенно, искренне смеется.
«Черт! Он опасен! Он очень-очень опасен!»
- Неужели, похоже?
- Очень. Такая же зловещая аура...
- А как считаете, Сирахама-сан...?
- Нет, борода вам будет не к лицу!
Укол удивления от Миу и от Рююто... Но от Рююто - еще и легкая опаска.
«Ксама! Старик! Тебе не кажется, что тут собралась не та аудитория, перед которой стоит умничать и показывать мастер-класс чтения мыслей?!»
«Ты прав, Малец! А я сглупил...»
Рююто аккуратно опустил «домик», поправил пальцем очки:
- Сирахама-сан, Фуриндзи-сан, позвольте не ходить вокруг да около... Вы ведь в курсе текущего положения дел, не так ли?
- Какую из сторон текущего положения дел вы имеете в виду, Асамия-сан? - Спросила Миу.
Наплевав на правила приличия, она под столом схватилась за мою руку и теперь «заряжалась» спокойствием. Все-таки, самовнушение - крутая штука: девушка снова была спокойна. Собрана, внимательна, и - спокойна.
- Разумеется, помолвку, которую на днях обговорили наши, Фуриндзи-сан, родители - Хаято Фуриндзи-доно и Орочи Асамия-доно.
- Разумеется, Асамия-сан! - Кивнула головой Миу. - Мы в курсе!
- Прекрасно, Фуриндзи-сан! - Девушку поблагодарили царственным кивком и обратились ко мне. - В таком случае, Сирахама-сан, вызывает недоумение поведение моей будущей невесты, прекрасной Миу Фуриндзи-сан, находящейся в вашем обществе. И благосклонно принимающей неоднозначные знаки внимания от вас, Сирахама-сан. В моем, будущего жениха, присутствии, Сирахама-сан.
Ладошка Миу сжалась крепче.
