Мальчик постарался выпрямиться... Но, видимо, получилось не очень, так как женщина рассмеялась снова. Правда, на этот раз одобрительно.
- Махавир? А почему именно он?
- Потому что хорошенький, смеленький... - Буркнул Махавир и - с досадой. - Потому, что остальное - отбросы! - Он отвернулся, чтобы сплюнуть, но вовремя спохватился. С госпожи станется заставить вылизывать мраморный пол собственным языком (и не сказать, что она будет неправа - девушки-то по этому полу босичком бегают). - И он может говорить по-нашему.
- О, Кали! Кто тебя научил? - С любопытством спросила подростка женщина, наклонившись к нему... сари сползло с плеч, и оба - мальчик и мужчина - торопливо отвели глаза.
- Сам... Кэйлаш-джи! - Тихо проговорил, почти прошептал, мальчик, косясь на красивую загорелую женскую грудь.
- Невероятно! - Удивилась женщина.
Она даже не подумала поправить одежду, и Махавир рассерженно задвигал усами.
- Сколько ты был... товаром, бачча?
(бачча (хинди) - мальчик)
- Десть по десять и еще столько же, госпож... «был»? - Вскинулся парень.
- Ой! - Прижала пальчики к губам женщина. - Я болтлива, как чирийя! Об этом - потом! Махавир...
- М? - Мужчина продолжал смотреть в сторону.
- Махавир?
- Да, госпожа. - Все так же смотря в сторону, отреагировал мужчина.
Женщина вздохнула и поправила сари. Мужчина мгновенно повернул к ней лицо.
- Как он смог... двести дней...?
- Его не замечали. - Усмехнулся мужчина. - Просто не замечали.
- Неужели... - Расширились глаза Кэйлаш, она судорожно вздохнула.
- Сегодня, когда Садаршана покупал себе новых мальчиков, - Продолжал Махавир, сделав вид, что не заметил, как женщина поморщилась при упоминании нового имени. - Он просто сидел на корточках и никто - никто! - не обратил на него внимания... Если бы не натянувшаяся цепь, он так и сидел бы дальше.
- Ты выкупил его у этого... недостойного человека, Махавир?
Махавир кивнул:
- Садаршана, - С удовольствием Махавир еще раз назвал это имя. - Очень удивился, когда я указал ему на то, что вместо десяти он купил одиннадцать. Так что переплатил я не так уж и много.
- Хочешь взять его себе? - Поинтересовалась Кэйлаш.
- Он - не воин. - Покачал головой мужчина. - Я подумал, что тебе он будет более интересен...
Улыбка женщины стала хищной и... Мальчик, наконец, вздрогнул - ему показалось, что вокруг сгустилась Тьма. Он уже видел потустороннее, но даже оно не так пугало, как то, что показалось сейчас. И ведь показалось только краешком, кусочком!
Невероятно, но женщина, кажется, поняла причину внезапной бледности подростка - она присела перед ним на корточки - и наваждение тут же рассеялось!
- Сама Кали привела тебя к нам, бачча... - Тихонько произнесла она. Мальчик не дрогнул, хоть и понял, наконец, к КОМУ попал. - Ты понимаешь, но молчишь. Ты боишься, но не показываешь. Что же нам сделать, чтобы ты не боялся...?
Она снова гибко поднялась и обвела взглядом встрепенувшихся девушек. Девушки заулыбались, защебетали, оправили сари, кто-то лег, изысканно изогнувшись, кто-то сел, потягиваясь и кидая лукавые взгляды на подростка. А одна так и просто встала, вскинула руки, сложила пальцы в замысловатую фигуру и сделала плавно-тягучее завораживающее змеиное движение всем телом. Махавир крякнул и подкрутил усы.
- Самую младшую! - Эти слова стали для всех неожиданностью. Мальчик сглотнул комок в горле, зажмурился и повторил. - Самую младшую, госпожа!
Женщина расхохоталась. Ей вторили девушки. Даже Махавир подозрительно затряс бородой.
- Ануджа!
Одна из девушек в черно-зеленом сари вскочила и оказалась подле Кэйлаш.
- Ануджа! Ты слышала это? Он хочет младшую! Так тому и быть!
(Ануджа - рожденная после, младшая, прим. Автора)
- Как ты назовешь его, Ануджа? - Поинтересовалась Кэйлаш.
- Меня зовут... - Начал осмелевший парень, но умолк - Ануджа, не совершив ни единого движения, вдруг оказалась прямо перед ним и легонько шлепнула плашмя по губам черным лезвием кинжала.
- Это уже не важно, чхота. Забудь то имя. Я буду звать тебя Калидас, а остальные - Кишор...
(чхота (хинди) - младший, малой, братик. Калидас - служащий Кали, Кишор - жеребенок)
- Да, бари Ануджа. - Прошептал парень, не в силах отвести взгляд от невероятных зеленых глаз с вертикальным зрачком.
(бари (хинди) - старшая, сеструха...)
- «Бари Ануджа», - Со вкусом повторила Кэйлаш сквозь смех. - Искупай его, «старшая младшая»! Накорми его. Наряди его... а потом - посвяти Матери Нашей и покажи, что нас нужно совсем не бояться... - А потом голос вдруг стал холодным и... каким-то безжизненным, из него исчезло и веселье и другие «человеческие» нотки... появилисьдругие. - И он будет без остатка твоим!
+++
«Дальше! Что было дальше?!»
- Ануджа! - Выдохнули губы. - Ануджа!
Пробуждение было... не скажу, что неприятным. Пробуждение - когда ты прижимаешь к кушетке сладострастно изгибающуюся, задыхающуюся от удовольствия и тихо постанывающую девушку - только идиот может назвать неприятным. И, вообще, сказать такое - кощунство и богохульство!
«Бля-я-я! Все-таки проснулся! Мли-и-ин! Ну, чего тебе не спалось, хрен старый?!»
