«Старик! Старик! Да ты ох…ел! Ты еб…ся! Нам только что чуть не отдалась одна из самых красивых женщин этого мира! Какого хера ты полез со своим совершеннолетием, а?!»
«Уймись, сопляк! Как ты потом будешь в глаза Миу смотреть?! Ты лучше скажи, что это сейчас было?»
«Сейчас?! Сейчас я только что чуть не распрощался со своей девственностью, старый маразматик! А ты похерил мой первый сексуальный опыт! С такой шикарной женщиной!!!»
«М-да… спермотоксикоз детектед. Говорить с тобой бесполезно. Не понял еще, сосунок, что такой халявы в жизни не бывает! Тебя сейчас тупо провоцировали — обычные женские штучки! Это тебе не хентайная манга, бля! Велкам ту де реал ворд! Что это был за сон?»
«Сон? О, да-а-а… Сигурэ сверху — это просто шикарный сон!»
«Малолетний долбо…дятел! Сон. Настоящий. Мне снилось…»
«Я ничего не помню»
«Ну — учебный класс, лекция по теории снайперского дела…»
«Не было ничего!»
«Ладно! А откуда я знаю ТТХ „Арктик Варфаре“?»
«Че?»
«М-да…»
«Я вообще думал, что сэнсэй раскрутила тебя на знания из твоей прошлой жизни!»
«Чушь! В прошлой жизни я был обычным обывателем! А не ползал с оптической восьмикилограммовой дурындой по буеракам и хуе… кустам, выбирая снайперскую позицию!»
В саду резко щелкнул «отпугиватель оленей». Испуганно вспорхнула какая-то ночная птица.
«А чё со стояком теперь делать?»
«Что хочешь, то и делай! Я — спать! Я, в отличие от поллюционирующего подростка, хотя бы сны вижу!»
Диск взорвался в воздухе белым облачком. Такое впечатление, что рука в беспалой перчатке даже не коснулась пластиковой тарелки. Потом еще два диска. Одновременно с двух направлений. Потом — три. Потом — шесть. Через две минуты размазанного движения раздался звук гонга, и молодой человек в тренировочном белом костюме прогулочным шагом направился от центра зала к лавочкам, стоящим вдоль стены тренировочного зала, оставив за спиной щедро усыпанный белыми осколками пятачок.
На лавочке сидел его сверстник с полотенцем и высоким стаканом с крышкой. Он вскочил и с поклоном протянул полотенце.
— Сколько, Кога? — Промокая лицо, спросил молодой человек в белом.
— Две пропущенных, мой господин! Из двухсот пятидесяти! Прекрасный результат!
— Плохой результат! — Не согласился «молодой господин». — У отца пятьсот десять — и ни одной пропущенной!
— Асамия-сама — патриарх клана, мой господин… — Робко заметил Кога.
— Ахо…
От этого равнодушного тона и сгустившегося в воздухе неудовольствия (всего лишь неудовольствия!) Когу скрутило, и он упал на колени, уткнувшись лбом в пол:
— Истинно так, мой господин! — И торопливо добавил, стремясь отвести начальственный гнев. — С курьером прислали фото. Только что.
— О! — Легко наклонившись, Асамия Рююто подхватил с пола высокий стакан и сделал маленький глоток. — Пошли! В раздевалке покажешь!
Через пять минут, приняв душ и переодевшись в светло-кремовый европейский костюм-двойку и нацепив на нос очки, Рююто внимательно рассматривал фотографии в тонком белом альбоме, включив свет над столиком с зеркалом.
Очки, кстати, можно было и не цеплять — они все равно были без диоптрий. Но Рююто обоснованно считал, что они добавляют ему пару-тройку лет и чуть-чуть солидности… И стилист Семьи был с ним в этом согласен, подобрав одну из самых дорогих и стильных тонких оправ. Разумеется, в мастерской очки чуть-чуть подработали, добавив хитрые крепления, чтобы они не слетали даже при очень быстрых движениях.
— М-да… Ух-ты… Вот это да-а-а… — То и дело восхищенно цокал он языком. — Вау!
Через минуту он раскраснелся, глаза расширились, дыхание участилось, а на лбу появилась испарина.
— Кога!
— Мой господин! — За плечом «проявился» Кога.
— Я иду на «среднюю половину». Приведи… ну, допустим, Хану. И пусть наденет вот такие же синие штанишки (тычок в фотографию) и вот такую же курточку. Красную! И пусть волосы так же уложит! Хана у нас — мастерица на такие игры!
— Да, мой господин!
Молодой человек закрыл альбом и аккуратно положил его на столик под зеркалом. А сам направился к выходу вслед за исчезнувшим подручным. Через десять минут молчаливые слуги, производя уборку и не смея даже полюбопытствовать, что же находится внутри белого альбома с двумя столбиками иероглифов «Модель: Фуриндзи Миу. Фотограф: Ма Кэнсэй», оставят его точно на том же месте, не сдвинув ни на миллиметр.
— Фуриндзи прислали «сопроводиловку»? — Послышался вопрос Асамия Рююто из коридора.
— Да, мой господин! — Ответил голос Коги. — Настаивают на скорейшей свадьбе.
— До совершеннолетия? — Удивился Рююто.
— Да, мой господин!
— Почему Сверхчеловек торопится? Причина?
— Не могу знать, мой господин. Возможно, причины указаны в запечатанном конверте! Конверт был передан вашему батюшке, а альбом Асамия-сама сразу распорядился доставить вам!
— Странно все это… Ладно, дуй на женскую половину! И узнай, не хочет ли меня видеть отец. И если он сдернет меня с Ханы, я тебе что-нибудь сломаю!
— Хай!
— И даже не думай меня жалеть, Кенчи! — Рыкнула Миу, слегка пихнув кулаком.
Хороша-а-а. Раскраснелась, глаза горят, осанка — королевская, грудь высоко и часто вздымается…
