Странно. Судя по наслаждавшимся жизнью Потерянным, о подобном нельзя было догадаться. Спрятав мешок с пыльцой в карман своего ночного платья, который Пэн любезно одарил магией, не позволявшей проникнуть грязи на ткань, Венди заинтересовано посмотрела на пирата, ища признаки лжи. Но, как не старалась, она не смогла увидеть сходства с кровожадным убийцей. Скорее, это был такой же затерявшийся человек.
— Я здесь во второй раз, но не из-за стремления не взрослеть, — заметив вопросительное выражение на лице мужчины, Дарлинг поспешно объяснила, не видя более смысла оставаться скрытной: — Мой друг ради нас пожертвовал собой и отправился сюда. Но я не могла спокойно смириться и жить, словно ничего не случилось. Я отправилась за ним, надеясь, что отыщу Бэя и, быть может, уговорю Пэна каким-то образом отпусти…
— Постой, — немного грубо прервал Крюк, нахмурившись. — Как ты сказала его зовут? Бэй? Его полное имя случайно не Бэлфаер?
— Да… Откуда вы знаете? — удивлению Венди не было предела. Тот, немного помолчав, мрачно сказал:
— Я подобрал его на свой корабль, но… — кашлянув, точно желая оттянуть момент, чтобы собраться с мыслями, Крюк в своей прежней уверенной манере закончил: — Он покинул борт и отправился вместе с Потерянными к берегам Неверлэнда. Не думал, что в тебе, Венди, столько смелости, чтобы всё бросить.
На его бы месте она никогда не назвала бы себя смелой. Даже слегка покраснев от комплимента, девушка развела руки в стороны и скромно поблагодарила. Вся это вполне настоящая вежливость и, возможно, отсутствие злых намерений были такими непривычными для Дарлинг…
— И вы больше его не видели? — с надеждой посмотрев на него, поинтересовалась Венди, подсознательно желая услышать положительный ответ.
— Увы, но нет, — покачал головой пират.
Ах, а как могло быть иначе? Неужели стоило всерьёз верить в возможность увидеться с Бэлфаером, узнать, что ещё он пережил за эти годы? Годы… Сколько уже прошло времени с её первого дня на острове? Явно больше десяти лет. Или тридцати?
Испугавшись собственных догадок, Венди даже не стала спрашивать об этом у Крюка, посчитав, что лучше быть в неведении, дабы сохранить рассудок до момента встречи с братьями. От одной мысли о возможном старении или, чего хуже, смерти родителей, ужас сразу просыпался и своим холодным натиском мешал вдыхать воздух.
— Пэн ничего тебе о нём не говорил?
— Нет. В лагере Бэя нет и, кажется, не было, — с какой-то обречённостью вздохнув, она оглянулась по сторонам. — Зачем вы здесь? Пэн может в любой момент появиться.
— Я хотел… — задумчиво покосившись на тропу, ведущую далеко в сердце джунглей, наконец равнодушно пожал плечами: — Хотел убедиться, что Бэлфаер чувствует себя хорошо, но, видимо, не суждено нам обоим узнать это в ближайшее время.
— По крайней мере, он в безопасности от Пэна, — она неуверенно попыталась сгладить печальную нотку в их разговоре. — Будь Бэй мёртв, он бы, желая позлить, сказал бы мне сразу.
Что-то подсказывало ей, что капитан осмелился ступить на сушу не только из-за их общего друга. По правде говоря, она и сейчас всё ещё сомневалась в искренней дружелюбности мужчины. Если маленькие дети здесь — сущие дьяволы, то кем тогда являются взрослые, сформировавшиеся личности, способные мыслить куда шире?
— Я надеюсь, что хоть ему удалось сбежать отсюда, — её размышления, оказывается, заняли достаточное количество времени, чтобы разговор приобрёл натянутость и неловкость. Киллиан решил сделать вид, будто не заметил на лице девчонки проступившую хмурость. Возможно, она воображала, как и сама покинет Неверлэнд.
— Без разрешения Пэна никто не может покинуть это место.
Фраза прозвучала больше так, как если бы она назубок выучила её и повторяла, не задумываясь о самом смысле. Приняв серьёзное выражение лица, Венди ещё раз оглянулась, уже представляя реакцию Пэна на то, что она разговаривает с пиратом. Хотя разве во всех преданиях не Крюк устроил всю эту вражду? Да, только и Питер там простой ребёнок, точно как копия той статуи в Кенсингтонских садах. Не более.
— Это только пока что, — безрадостно пробормотал капитан. — И когда я найду способ, я могу, если, конечно, захочешь, взять тебя на свой корабль и вернуть в твой родной мир.
Перспектива оказаться наконец дома, пусть в очередной раз лишь в обещаниях, была довольно привлекательной. Вот только…
— Почему вы думаете, что я могу не захотеть?
Киллиан Джонс немного удивился подобному вопросу, но всё же потрудился пояснить:
— Знаешь ли, Стокгольмский синдром никто не отменял.
— Что? — ошарашено глядя на него, Венди возмущённо сжала руки в кулаки. — Я не променяю своих близких на какого-то там гонца за невзрослением!
— Я и не удивлён этому. Ты слишком правильная.
Крюк резко помрачнел, почувствовав присутствие того, о ком они говорили, за своей спиной. И почему он вдруг решил задержаться здесь без надобности только для того, чтобы скоротать время за беседой с Венди? Жалость и сочувствие уже давно не были ему присущи.
