— Поверьте, мы узнали о вашем месте пребывания совершенно случайно. В ресторан вашей сестры, нас пригласил один из деловых партнеров. Но теперь и ресторан…
— Нет! Прошу вас. Сестру защищают. Поверьте мне. Она не терпит слежки или нахождения рядом незнакомых людей. Любой неверный шаг, может её спровоцировать. Не стоит приставлять к ней, или ресторану людей. А на счет меня, я обещаю, что больше не сбегу от охраны.
— Что ж, поверю на слово.
— У меня только одна просьба.
— Я слушаю.
— Через неделю, приезжает отец. У него консультация у местных врачей. На острове нет такой аппаратуры, которая ему теперь необходима. В это же время, к нам собирается нанести визит мой дед. И я прошу вас, ни в коем случае, не оставлять их наедине.
— Почему?
— У них не очень хорошие отношения. Отец даже одно время подозревал, что именно он стоял за теми событиями, десять лет назад. По крайней мере, приложил руку. Правда доказать ничего не смог. Это довольно неприятный, и властный человек. Который не слышит никого кроме себя. Я боюсь как бы стычка с ним, не привела к неприятным последствиям. Дед не потерпит моего постоянного присутствия. А вот вам он приказать не может.
— Я вижу не только отцу, но и вам он неприятен.
— Вы правы. — на мгновение перед глазами Алины возникли неровные, написанные детским почерком слова, описывающие деда в дневнике Айши. Сколько страха и отвращения было в этих славах. Его отношение к девочкам, во время первой и единственной встречи, оставило неизгладимый след в сердце воспитанной в любви и ласке девочки. Злой и колючий взгляд, приторная фальшивая улыбка, произнесенные сквозь зубы слова обращённые к ней. Почему-то ребенок представил его в своем воображении, после той встречи, как злобное чудовище, способное причинить боль. — Единственная наша встреча не оставила у меня хороших воспоминаний. И хотя это может быть разыгравшееся воображение ребенка, что я не отрицаю, все же предпочитаю не рисковать хрупким душевным состоянием отца.
— Хорошо, я не оставлю их наедине. Да и с людей, которые его сопровождают, не спущу глаз.
— Спасибо. И еще, на счет безопасности. Я тоже прошу вас быть осторожнее. Все же за последнее время покушались именно на вас, а не на одну из нас. Вы же не хотите, что бы та, о ком вы рассказывали, нашла не вас, а вашу могилу?
— Поверьте, я это учел. И постараюсь больше не рисковать. И не забывайте, что пока я буду заниматься вашими близкими, вам придется заняться корпорацией. По крайней мере, основными текущими вопросами.
— Вот и отлично. Рада, что мы договорились. — Михаилу, на мгновение показалось, что в этих холодных как лед глазах на мгновение мелькнуло что- то похожее на благодарность. Впрочем, это длилось всего мгновение. Мгновение, когда она из василиска превратилась в обычную девушку, жаль только, что так ненадолго.
Каждый шел к себе, погрузившись в собственные мысли. И если Михаил готовился к предстоящим неприятностям, а он не сомневался, что именно неприятностей им избежать не удастся. То девочка, спрятавшись, за закрытой дверью, сладко потянулась.
— Что ж подружка, — она погладила оперенье сокола, влетевшего в открытое окно. — Фигуры расставлены, поле готово, пора начинать игру!
Свои фигуры, она защитила, а что касается противника… Давать ему шанс нанести удар, девочка не собиралась.
Две недели тишины прошли очень быстро. Приезд Акея, и его слуг остался незамеченным для средств массовой информации. Этому способствовало не только соблюдение секретности, но и сильно изменившаяся внешность мужчины. Болезнь брала своё. Самостоятельно передвигаться Акей уже не мог, и хотя разум у него все еще был остер, сил на борьбу с болезнью не осталось. Первые два дня, он почти ни с кем не разговаривал. Лишь только потом, придя в себя после перелета, он вызвал к себе Михаила.
— Рад видеть, что ты со всем справляешься. Корпорация в надежных руках. Уверен, что так и останется, когда меня не станет.
— Я стараюсь.
— Дочка сказала, что на тебя покушались?
— С данной ситуацией мы разобрались.
— Не будь так уверен. Будь очень осторожен. Если бы я знал, что власть и богатство, так опасны для моей семьи, я никогда не стремился бы ко всему этому. Заработал бы небольшое состояние и прожил свою жизнь в покое. А мои девочки, выросли красивыми и счастливыми. Я смог бы увидеть их детей.
— Все еще впереди.
— Нет, прошлое вернуть никому еще не удалось. Как ты общаешься с моей дочерью?
— У нас неплохие рабочие отношения. Вас интересует что-то конкретное?
— Нет, просто она не очень общительна. Всегда старается обособиться, закрыться от людей.
— Мы редко общаемся, и в основном по рабочим вопросам. Она неплохо разобралась в своих обязанностях в офисе. И порой мне даже кажется, что слишком хорошо выполняет свою работу.
— А конкретнее? — видя, что Акей оживился, слушая его, Михаил продолжил, хотя ранее думал поскорее завершить разговор, и дать ему отдохнут. Но видно, слушать его мнение о дочери, ему действительно было очень интересно.